– Тем, кто в тебя банально не верит, – улыбнулся я. – Слазь с мотоцикла!

– Как так-то? – удивилась девушка, чисто на автомате выполнив мой приказ. – Что значит не веришь! Я – богиня, и я – перед тобой. А как же боги твоего мира?

– В нашем мире «богов», в твоём понимании, вообще нет, – ответил я, открывая кофр и доставая из него мощный фонарик с креплением на лоб, а затем, отстёгивая сам шлем, закреплённый на внешней сетке. – Уж извините, но мелковаты будете.

Как ни странно, но она не обиделась, а наоборот с любопытством и хитринкой в голосе спросила, явно пытаясь загнать меня в логическую ловушку.

– Но ведь ты – полубог! В этом я не могла ошибиться, – девушка встала в позу «руки в боки» и выпятила свою маленькую грудь. – А это доказывает, что боги в вашем мире – есть!

– Я – человек. Самый обыкновенный «Homo sapiens magiсaе», над которым в детстве поиздевался один старый хрыч! И если моя теория верна, то вы, господа небожители, просто дофига хитрые маги, которые смогли шагнуть на следующую ступень развития…

– Но я… всегда была богиней! – нахмурилась девушка, а затем, махнула рукой. – Ладно, потом как-нибудь на эту тему поговорим, и о своём мире побольше расскажешь, а то через младшую жрицу общаться сложно. Ты скажи лучше, зачем тебе шлем понадобился?

– Шлем мне нужен, чтобы фонарик в руках не держать, – ответил я. – Из-за этой сансарной аномалии возле храма в темноте сейчас практически ничего не вижу. А отвлекаться, поддерживая нормальную циркуляцию энергии в ручном режиме,мне как-то не хочется. Мало ли что… Нам же сейчас под землю спускаться?

– Ага… – кивнула богиня, внимательно осматривая внутренности раскрытого кофра, и вдруг ткнула пальчиком в одну из лежавших там бутылок. – А это?

– Водка, – ответил я и, несмотря на недовольство девушки, закрыл крышку. –, Можно сказать, пшеничное вино из моего мира. Так! Ты не отвлекайся. Скажи лучше – Яна говорила что корабль где-то под нами?

– Да. Сухой причал расположен под этой площадью.

– Значит можно пробить дырку и через неё проникнуть внутрь?

– М-м-м… Не стоит. Можно повредить механизмы или само судно… Лучше просто пройти через храм. Но это уже без меня – мне внутрь в реальном мире даже сейчас ходу нет. Да и вообще, пойду я пожалуй, а то Крылатый Змей уже весь извёлся, того и гляди сам на землю спустится…

– Погоди, ушастая, – я вновь повернулся к богине и спросил. – Так ты зачем приходила-то?

– Ну как? Ты разве ещё не понял? – она даже удивилась. – На мотоцикле покататься пока есть такая возможность!

– Эм…

– И вообще, знай, полубог! Вызов я твой приняла. Посмотрим, кто кого! – гордо заявила она и, прежде чем я успел что-либо сказать, голос эльфы вновь изменился на Янин, и она взволнованно прошептала. – …и путь в пещеру где он стоит, ведёт через храмовые подземелья… Ой… А… что случилось?

Девушка удивлённо осмотрелась по сторонам, заметила разбитого голема и развороченный фасад собора, после чего вопросительно посмотрела на меня. И в этот же самый момент я услышал, как в кофре что-то тихо звякнуло.

– Да тут одна поговорить приходила… – ответил я, открывая ящик, и выругался. – Вот же зараза ушастая… бутылку водки скоммуниздила!

– Что? Кто? – эльфа всё ещё удивлённо хлопая глазами, заглянула в кофр и тоже заметила отсутствие ценного имущества, потому что вороватая небожительница утащила не только бухло, но и ещё и маленький пакетик с острым кетчупом, который на Янку действовал похлеще, чем валерианка на кошку, а так же обложку из фольги от упаковки свинины с зелёным горошком и овощами.

– Кто-кто?.. Богиня твоя ненаглядная! – ответил я, отстраняя от кофра кипящую от возмущения девушку. – Воровка длинноухая…

– З-з-здесь была Госпожа? – праведный гнев из-за утраты особо «ценного» имущества как рукой сняло и, похоже, эльфа готова была тут же рухнуть на колени и воздать благодарственные молитвы за благосклонно упёртое подношение.

Даже лапки уже сложила и забубнила что-то неразборчиво.

– Пойдём, – поторопил я свою спутницу, поднимая мотоцикл по лестнице перед входным порталом храма, пользуясь оставленными ногами голема выбоинами на ступеньках как своеобразным пандусом. – И так кучу времени угрохали…

Внутри здания, в отличии от его внешнего вида, обстановка роскошью не поражала. Культ Бога Кузнеца и так похоже исповедовал аскетизм, а за прошедшие века и джунгли не пощадили ни скромное убранство, ни немногочисленные украшения. Гобелены превратились в грязные тряпки, деревянные панели и мебель превратились в труху, а камень покрылся сетью трещинок и крошился в объятиях лиан и других вьющихся растений.

Здесь было достаточно светло, а потому я пока что не стал включать фонарик. Солнце попадало в центральный неф через многочисленные дыры в крыше, и его лучи задорно сверкали в застоявшихся лужах воды на полу, возле которых сквозь щели между покосившимися плитами пробивалась зелёная травка. Всё бы ничего, если бы не постоянный, назойливый бой колокола, доносящийся откуда-то из подземелий под храмом.