– Так мне интересно! Быть богиней, знаешь ли, такая скука. А младшую жрицу я просто попросила подвинуться… на время. Ты с этими парнями делать что-нибудь собираешься?

– Я? А мне казалось – ты у нас «Бог-ы-ня»… Вот и сделай что-нибудь полезное!

– Я-то, конечно, богиня, а вот убивать сейчас будут вас двоих! – произнесла она, в наглую оседлав мотоцикл. – И вообще, кто из нас мужчина? Ну же! Давай! Порази девушку своим героизмом в самое сердце! А я пока – покатаюсь… Кажется, это вот так делалось.

– Совсем ушастые охренели… – мне только и оставалось, что покачать головой, глядя как Иви заведя байк, покатила на нём на дальнюю сторону площади, где развернула машину и не торопясь поехала в другую сторону. – Дурдом на выезде!

Произнеся это, я подал усиленный импульс энергии в ноги и, подпрыгнув, кувыркнулся, через спину уходя от богатырского взмаха молота доковылявшего, наконец, голема. Несмотря на размеры и угрожающую внешность закованного в доспехи культуриста, каменный пролетарий меня особо не напрягал. Большой и неуклюжий он, может быть, и был опасен для неодарённого человека в ближнем бою, однако убежать от него было не трудно.

Мне же, честно говоря, даже возиться с этими болванами было откровенно лень. Так что ещё в воздухе я сконцентрировался, запустил нормальную циркуляцию энергии и, приземлившись, не обращая внимания на вновь замахнувшегося каменного воина, отправил шарик магической пули в его коллегу. У второго голема, вооружённого огромным двуручным мечом, видимо возникли какие-то проблемы, и он никак не мог вытащить ногу из кладки. То ли строители переборщили с раствором, то ли прошедшие века сыграли с ним злую шутку, но он дёргался словно медведь в капкане, иногда с какой-то тоской поглядывая в мою сторону, да так и сгинул во взрыве антиматерии, разворотившим вдобавок ещё и основание левого пилона.

– Эй! – крикнула мне эльфийская богиня, которая действительно просто «каталась», нарезая круги на мотоцикле. – Не ломай здесь ничего! Корабль повредишь!

– Угу… – ответил я себе под нос, уходя от очередного удара каменного пролетария, вознамерившегося обрушить свой молот прямо мне на голову.

Проскользнув у него под руками, я примерился и, восстановив циркуляцию сансары, нанёс один единственный удар кулаком чуть выше пояса. В этом месте в его довольно простой энергетической структуре от времени, наметилась аномалия, что-то типа глубокой трещины, соединяющей силовые узлы. Если бы не Андре, то я никогда бы не обратил на эту каверну внимания, но наша рыжая подруга очень неплохо разбиралась не только в фееводстве, но и в магических констрактах. Месяца три назад девушка буквально задалась целью сделать и из меня специалиста в этой области. Хотя, как мне казалось, ей просто хотелось побыть со мной наедине, а потому почти любой подобный урок у нас заканчивался в местном торговом-развлекательном центре.

Голем замер, не успев закончить движение, конвульсивно задёргался и заскрипел словно сломавшийся механизм, а затем хрустнул. От шеи до паха по нему ветвясь,быстро зазмеилась трещина, и, спустя пару секунд, он просто начал разваливаться, теряя верхние конечности, осыпающиеся на мостовую крупным щебнем, а затем, пошатнулся и с грохотом завалился на спину, разлетевшись на мелкие кусочки словно глиняный горшок.

– Хм… похоже что заклятия Кузнеца окончательно потеряли силу, – произнесла эльфийская небожительница, подъехав ко мне и лихо остановив мотоцикл. – Раньше Стражи Горна были не такими вялыми.

– Скажи, ушастая, а ты разве не боишься, что тебя Кетцалькоатль здесь за задницу прихватит? – немного грубо поинтересовался я у Богини, которая откровенно раздражала меня своей наглостью.

– Здесь – нет, – девушка помотала головой, тряхнув собранными в конский хвост платиновыми волосами, и задорно подвигала ушками. – В этом месте он меня просто не чувствует. Знает, что я где-то рядом, бесится, но найти не в состоянии. И вообще, далась тебе моя задница!

– Вот оприходую её ремнём по полной программе и потеряю к ней всяческий интерес, – в тон ей ответил я.

– Прямо ремнём? – она вздёрнула бровь.

– Им самым!

– По нежной девичьей попке!

– Угу!

– И она, вся из себя такая божественная и идеальная, сразу потеряет для тебя всяческий интерес?

– Так точно!

– Хм… – эльфа нахмурилась, а затем с хитрым прищуром осмотрела меня с ног до головы. – Ты прямо-таки ранишь мою женскую гордость! А я ведь и обидеться могу.

– Обижайся, – пожал плечами я, внимательно осматривая площадь, под которой вроде как должен находиться летающий корабль, и, прикидывая, можно ли где-нибудь пробить дыру, чтобы пробраться внутрь.

– Ты забываешь что разговариваешь с Богиней, смертный! – пророкотал за моей спиной могучий женский голос, словно бы пришедший с небес.

– Да мне как-то по барабану, – всё так же спокойно ответил я, поворачиваясь к эльфе, глазища которой горели яростным белым огнём, а в волосах проскакивали электрические искры. – Меня, знаешь ли, с детства чуть что «Божьим гневом» пугали! Но, как видишь, до сих пор жив, здоров. И вообще, можешь считать меня атеистом.

– А-те… кем? – сбиваясь с гневного настроя, как-то совсем по детски поинтересовалась Иви. – Что за слово такое противное?