– Вы должны уехать туда, где будете в безопасности.

Внезапно он поцеловал меня.

– Это было прекрасное приключение!
– сказал он.

– Оно еще не закончилось, - напомнила я ему. Мы опустились на гальку, и он сказал:

– Если бы вы были постарше, мы могли бы пожениться!

– Сказали бы, что я слишком молода для этого?

– Люди и женятся молодыми! Когда все закончится, я буду просить у родителей вашей руки! Вы согласны?

– Я знаю людей, которые выходили замуж и женились без их согласия на это!

– Но только не вы! Уверен, вы бы нашли какой-нибудь способ избежать нежелательного союза! О, Присцилла, мне кажется, вы питаете ко мне какие-то чувства и вас не раздражает то, что я с вами так говорю.

– В эту секунду я не могу думать ни о чем, кроме вашего счастливого спасения! Я была ужасно напугана, Джоселин, а вы?

Он некоторое время молчал, после чего промолвил:

– Да, я думал, что пришли за мной, думал, это конец! Когда забрали моего отца, а через какое-то время убили его - они назвали это "казнью", а я называю это "убийством", - что-то случилось со мной. Я решил, что бороться с судьбой бесполезно. А когда я лежал и сжимал вас в своих объятиях, то подумал:

"Это - конец, но перед тем, как умереть, я встретил Присциллу, и свело меня с ней все это!" Видите ли, это что-то вроде подарка судьбы!

– Вы философ!

– Возможно, и, если мне суждено умереть, я умру, но если судьба будет благосклонна ко мне и убережет, тогда я смогу подумать о будущем, и, Присцилла, я хочу, чтобы вы разделили его со мной!

– Вы почти не знаете меня!

– В обстоятельствах, подобных этому, знакомство очень быстро перерастает в дружбу, а дружба - в любовь! Вы многим рисковали ради меня!

– Не я одна!

– Но больше всего я ценю то, что сделали вы! Что бы ни случилось, я никогда не забуду те мгновения в пещере, когда вы лежали, прижавшись ко мне, и сердце ваше наполнялось страхом, страхом за меня! Я буду помнить это всю жизнь, но ничего бы не случилось, если бы не было того, что я пережил в недавнем прошлом! За вещи, которые многого стоят, надо расплачиваться!

– Вы, действительно, философ!

– Жизнь сделала нас такими, какие мы есть, и я знаю, что буду любить вас до самой своей смерти! Присцилла, когда все это закончится...

Я почувствовала радость. Слишком многое произошло за такое короткое время: это происшествие и просьба выйти замуж! А мне было всего четырнадцать лет! Дома ко мне относились, как к маленькому ребенку, и Ли обо мне был такого же мнения: маленькая сестренка! Как я обижалась, когда он говорил мне это!

– Присцилла, - продолжал Джоселин, - а вы будете помнить сегодняшний день? Услышит ли этот пустынный пляж нашу клятву?

Я улыбнулась ему. Он был так красив - юноша, к которому жестокая жизнь обернулась своим истинным обличьем, и он принял ее такой, какая она есть, вместо того, чтобы восстать. Я восхищалась им, и, когда он поцеловал меня, я ощутила такое волнение, какого не испытывала никогда в жизни.

Это так приятно - быть любимой! "Он отнесся ко мне, как к взрослой", подумала я про себя, так, будто оправдывалась перед Ли.

– Джоселин, - ответила я, - думаю, я тоже люблю вас! Я знаю, что, если бы они действительно искали вас и забрали бы от меня, это было бы самым большим горем в моей жизни!

– Это любовь, моя дорогая Присцилла!
– сказал он.
– И она будет расти и сопровождать нас в течение всей нашей жизни!

Мы поцеловались и скрепили наш союз вечной клятвой. Он подарил мне кольцо, которое носил на мизинце: золотое с камнем ляпис-лазури. Мне оно было велико, держалось только на среднем пальце, но даже с него оно соскальзывало.

Трудно было расстаться с Джоселином в такую минуту, но я понимала, что, если хочу вернуться домой до темноты, выезжать надо немедленно. Он очень не хотел, чтобы я уходила, но я напомнила ему, что теперь мы должны быть еще осторожнее.

– И не забывай тушить лампу, когда ложишься спать, - предупредила я.
– Это может привести к тебе людей. О, будь поосторожней, Джоселин!

– Хорошо, - пообещал он.
– Ведь теперь мне надо думать о будущем!

Ли вернулся тем же вечером. Мы все были безумно рады снова видеть его, и новости оказались хорошими.

Он рассказал нам все за ужином, тщательно проверив перед этим, нет ли поблизости слуг, но все равно говорил очень тихо и требовал от нас того же, постоянно вставая и проверяя дверь.

– Харриет сказала, что примет его, - рассказывал он.
– Он будет Джоном Фрисби, актером, с которым она играла в Лондоне. Он может оставаться там, сколько захочет. Она была страшно взволнована и согласилась сразу же. Она сказала, что устает от деревни, но сейчас все будет, как в пьесе! Я сейчас поеду к Джоселину, надо будет раздобыть ему лошадь. Я уже присмотрел одну у торговца в Шоулдене. Сегодня вечером я могу забрать ее и отвезти Джоселину: хочу, чтобы он сразу отправлялся!