– Не знаю, – безразлично ответил Пит, садясь на табурет. – И не хочу знать. Этот малый хоть и работящий, но придурок еще тот. По сто раз объясняй ему, что да как. Устал я, Джо-джо. Может, правда Хэнк вещает, нужно сменить персонал на более молодой, да быстрый. А то этот мусор на задворье … тошнит уже от него.

В дверь «черного хода» громко постучали и Джоди с Питом настороженно повернули головы.

– Кого нелегкая принесла в столь ранний час? – пробубнил Пит. – Открыто!

На пороге кряхтя и чертыхаясь появился Зак, а с ним какой-то доходяга с веслом в руках.

– Закари, родной мой, ты время видел?! И что это за бомж с тобой?

– Пит. Доброе утро. Опоздал я. Немножко. Нашел подмогу, хлам грузить. Много не просит. Жратвы только и курева.

– Я вроде не просил себя персонал обновлять, – проворчал Пит, глянув на Джоди, которая поодаль вытирала руки о грязную тряпку. – Он что, святой? Голодранец, весь в рванье.

– Он работу ищет, я подумал…

– Тебе вредно думать, Зак. Переодевайся и марш дерьмо на задворках разбирать, тошно уже. И вонь. За что я тебе плачу, паршивец ты этакий! А с этим твоим дружком разберемся.

– Я могу помочь, сэр, – промямлил, наконец, дружок. – У меня есть опыт с дерьмом справляться от которого тошнит и вонь.

Пит усмехнулся. Глянул в сторону Джоди, но та уже ушла к себе в ремонтную мастерскую.

– Пять долларов в час, больше не дам. Хорошо будешь справляться, тогда посмотрим. Идет?

– Идет! – кивнул дружок.

– Как звать-то тебя?

– Джордж Пэппин, сэр. Но все зовут меня Спайк.

– Не гони, не «Ролс-ройс» ведь! Помедленнее, парень! – пришпорила Уокера Хлоя. – Я ничего не понимаю, о чем ты таком толкуешь. Объясни нормальным языком, откуда ты сбежал и почему тебя хотят убить, черт возьми? А то выходит так, что я думаю, ты спятил и тебя в психушку запереть.

Сэнди вскочил со стула, едва не навернув стол, за которым они сидели и заорал во все горло:

– Я – Сэнди Уокер, твою мать! Я один из тех, на кого повесили убийство Глории Баннес. Ты что, с луны упала?!!!

– Успокойся ты, сядь. Знаю я про то убийство, да поболее твоего. Только вот по протоколу дознания, и после было объявлено, что из четверых осужденных выжил только Джимми Коберт-Джонс, который отсидел полный срок. А еще трое – мертвы. И Сэнди Уокер тоже. Так кто ты такой?

– Сэнди Уокер. Я не умер. Я инсценировал смерть, чтобы меня реально не закопали где-нибудь на старом кладбище, возле провалившихся могил, без роду и дат. Хочешь доказательства? Предоставлю. Но пока что мне нужно поговорить с местной властью, с шерифом Сноу. Он за меня ратовал тогда, но ему никто не поверил.

– Мертв он, Сноу.

Сэнди отступил назад, едва не упав на спину. Не ожидал, вероятно, значит в городе недавно, раз новостей не знал.

– Как мертв? Я с ним говорил десять дней назад…

Хлоя развела руками. Она подозревала, что Корбина Сноу убили, вероятно за то, ради чего этот малый пришел в этот дом и в этот город.

– Тебе не в полицию надо, тебе в маяк надо. К Руфь Авери и Джимми. Причем, срочно. А здесь мне игру не порти, ясно? – сжимая оружие сказала Хлоя.

– Ты коп?

– Под прикрытием. Мне нужны улики, и, если ты мне мешаться под ногами не станешь, я их добуду. И тогда можно будет браться за восстановление справедливости. Это ясно?

Сэнди снова присел на стул. Его немного лихорадило, возможно он был все же не в себе, но сейчас быть нянькой в планы Хлои не входило. Нужно было завершить начатое.

– Слушай, давай, я по-быстрому отвезу тебя на маяк. Но мне нужно вернуться до полуночи.

– Сам я, – пробубнил Уокер.

– Сам ты далеко не уйдешь и не уедешь в таком виде. Ты выглядишь невменяемым. Тебя даже на порог не пустят. А я коп, знаю многих.

– Есть еще свидетель того убийства, – почти шепотом произнес Сэнди, не поднимая головы. – Но боюсь, что ему особо веры нет.

– Почему это? – поинтересовалась Хлоя, кладя оружие в кобуру.

– Потому что парень умственно-отсталый.

– Все плохо, мистер Серберски? – спросила Руфь, ожидая приговора для ее маяка от специалиста.

Серберски и его подрядчики из фирмы приехали, когда уже начало темнеть. Руфь и Примм решили не тянуть с этим и пригласить его уже сегодня, чтобы он навскидку определил насколько капремонт может затянуться и стоит ли вообще реставрировать, ведь камни, из которых сложены стены, уже не выдерживали никакой критики.

– Вовсе нет, – сказал его молодой помощник, парень лет двадцати. – Хотя трещин в фундаменте многовато.

Молодой подрядчик, правда, не столько осматривал стены и камни, сколько заглядывался на саму Руфь. Девушке не нравилось пристальное внимание парня, хотя ничего такого плохого в этом внимании не было. Руфь больше бы понравилось такое же пристальное внимание Адамс, но та решила серьезно поговорить на кухне с Джейком и Джимми.

– Работы здесь полно, – после более детального осмотра констатировал Серберски. – Но это предварительный осмотр, более полный только после заключения контракта. Желаете его заключить?