Саске заинтересовано слушал прадеда. Его взгляд снова впился в бусинку.

– Так значит, с этой бусинкой я могу...

– Не можешь, - перебил его Мадара, осторожно беря шарик двумя пальцами и смотря сквозь него на утреннее солнце, - Хоширама Сенжу отдал это ожерелье Шинигами, что бы победить меня, - обьяснил он, ложа бусинку обратно в ладонь юноши, и хитро улыбнулся, - Правда я успел подпортить им сделку. Самую главную часть ожерелья бог смерти так и не получил... Да что это я все о грустном да о грустном. Идем пра-пра-правнучек, время не дремлет, Коноха ждет!

69 часов до начала битвы

* * *

– Холодно, - прошептала Сакура, откидывая голову назад, к каменной кладке стены и судорожно вздохнула. Темари увели час назад, сказали - к хокаге. Но так ли это?

– Да какая мне разница...
– нахмурилась Харуно. Гулкая тишина давила на сознание, словно тиски. Подтянув колени к подбородку, девушка обвила их руками и судорожно вздохнула. Койка была жесткой и неудобной но, по крайней мере, не такой холодной как пол.

Исследуя пристальным взглядом тянущиеся по стенам завитки отбирающей чакру печати, Сакура в который раз пыталась понять, что же произошло? Она отчетливо слышала тогда голос Сая за дверью. " Нет, не так. Я слышала три голоса за дверью. Я точно знаю это. Да, я не знаю - о чем они говорили, но голоса были разные. Я даже не уверена, был ли среди них Сай. Может... он ушел до того, как я к нему пришла? Скорее так. Я ведь не говорила, что приду попрощаться," - думала она, дрожа от холода царившего в этом подземелье.

Память навязчиво мелькала яркими образами перед глазами. Вот снова то утро. А вот она останавливает его возле двери, обнимает, шепчет всякий бред. А потом Сай, подхватив ее на руки и...

Сакура зло простонала и обхватила голову руками:

– Я схожу с ума... сволочь, хоть бы записку оставил...

Она помнила как, отойдя от шока, спросила у того раненого, где Сай. Но вот закон подлости, мужчина уже не дышал.

"Может, это и было к лучшему", - думала Харуно, скользя взглядом по стальным прутьям решетки, но с другой стороны, - обвинение в убийстве ее совсем не радовало.

"Если смерть того человека признают за мной, то попросту казнят. Не помогут ни мои личные заслуги перед Конохой, ни статус и деньги клана... ни Цунаде.", - издевательски шептал внутренний голос, но Сакура со странным спокойствием, пропускала их сквозь себя, не обращая на них никакого внимания. Лишь один вопрос сейчас был важен для нее, но на него не было ответа...

* * *

– Карин, детка что то ты на Саске засмотрелась!
– тихо протянул Суйгецу, подкравшись сзади. Карин зарделась и, быстро поправив очки, кинула на него возмущенный взгляд:

– Я, это... Я очки поправляла!

– Смотря похотливым взглядом на бледнолицего?
– фыркнул юноша и тихо рассмеялся, - Карин, да ты пожирала его глазами!
– прошептал он ей прямо на ухо. Девушка аж задохнулась от такой наглости:

– Ты, тупой мечник! Это не правда!

– Правда!

– Суйгецу, перестань дразнить Карин, - властным тоном прошептал Саске и смерил обоих пристальным взглядом. Суйгецу хмыкнул:

– А то что? Запугаешь нас шаринганом?
– прошипел он. Учиха лишь поморщился...

– Сегодня ночью вас будут ждать. Десять километров отсюда. Шиноби Конохи, среди них яркая блондинка. Пароль: "У нас новости для этого идиота". Ответ: " Это кого ты назвал идиотом?" Все ясно?

Суйгецу и Карин переглянулись:

– Кто там будет кроме блондинки?
– после секунды раздумий спросил у Саске мечник.

– Не важно. Извлекать метку будет блондинка, Дзюго уже знает. Больше об этом говорить не будем- тихо ответил Саске.

– Эй, а во сколько?
– взволновано спросила Карин. И тут оба осознали, что Саске рядом нет.

– Вот, сволочь, опять гендзюцу применял...
– прошипел Суйгецу и удивленно почувствовал, как дрожит рядом девушка: