Тем временем ладони девушки осторожно легли ему на плечи и начали с силой разминать их. Своим нехитрым действием Матсури отвлекала своего сенсея от той злобы и негодования, что сейчас ютились в его сердце. Это было приятно, даже волнующе. Сжав ладонями ее длинную юбку, Гаара поддел ее и комком уложил под щеку. Удобнее умостившись и слегка приоткрыв глаза, скользнул взглядом в сторону, на плотно закрытые ставни. Слышалось, как с другой стороны их царапает песок:

– Значит таки сезон ветров... Как медленно идет время.

Матсури не ответила. Задумалась, вперившись взглядом в его расслабленное лицо. Ситуация смущала, вводила в замешательство. Она сидела с задранной, скомканной юбкой, чувствуя кожей ног холодные пуговицы его рубашки и теплое дыхание... Не похоже, что Гаара собирался продолжать. Не похоже, что он вообще сделал это с какой-либо целью. Зардевшись, девушка неожиданно поймала себя на мысли, что любой, кто сейчас зайдет в кабинет Казекаге, может истолковать ситуацию неправильно. И прежде, чем осознала что делает, провела кончиками пальцев по его щеке, смахивая упавшую ресничку. Гаара вздрогнул и скосил на нее глаза, насколько это было возможно в его положении. Ладонь Матсури замерла, неосторожно задев пальцем его нос. Отдернув руку, она судорожно вздохнула.

– Может... вам воды заварить? То есть... чай, я имела в виду...

Гаара приподнялся с места и, опираясь на вытянутые руки, навис над девушкой.

За окнами уже вовсю бушевал ветер. Здесь же, в кабинете Казекаге, словно остановилось время.

Не долго думая, юноша подмял свою ученицу под себя.

– Гаара-сама... Пожалуйста. Отпустите... м-меня, - прошептала Матсури дрожащим голосом, но даже не дернулась с места, боясь шевельнуться. Его дыхание было тяжелым, неровным, а взгляд цепким и хмурым.

Истолковав все по-своему, парень сощурился, и скользнул правой ладонью по шее своей подопечной, забираясь под ворот к груди.

– Позже, - наконец ответил он тоном, не терпящим возражений ...

* * *

– Мне не нужен этот человек, я собираюсь устранить его, - щуря морщинистые веки, сурово вымолвила старуха и передвинула очередную пешку.
– Тебе решать, убрать эту фигуру или нет, любым своим ходом ты можешь потерять сына, чья жизнь спрятана в одной из шахмат.

Минато усмехнулся:

– Тогда я поставлю тебе шах, обходясь минимумом потерь с твоей стороны.

– Смело и не резонно, - хмыкнула старуха.
– Ведь твои фигуры - такие же судьбы, - усмехнулась она. И стоило мужчине взять пешку в руки, как она тут же стала набирать цвет.

– Эта фигура обозначит моего сына, - неожиданно произнес он, ходя уже фигурой отлитой из красного стекла.

– Удивлена Вашей осведомленностью, - тихо рассмеялась старуха, опять делая ход: - И все же, судьбой Вашего сына сыграю я, - понизила она тон, в то время как нить чакры, привязанная к пешке Минато вмиг присоединилась к шахматной фигуре, находящейся в руках женщины. Надо ли объяснять, что сосуд, концентрировавший в себе чакру, собранную со всей округи, был связан с каждым живым существом, находившимся поблизости, и теперь, играя ярко-красными фигурами, эти двое вмешивались в ход событий напрямую?

* * *

Систему тоннелей Данзо знал наизусть. И здесь не было ничего удивительного, можно сказать, что он сам их возводил. Точнее - руководил процессом. Естественно, что и тайные ходы подобные тому, что находился в подвале его дома, здесь тоже имелись. Надо было просто знать их размещение. А Данзо как никто другой был осведомлен в этом. Прислонившись спиной к стене и сложив пальцы в нужной последовательности, прошептал словесную формулу. В противоположной стене сразу же появился проход, обрамленный завитками печати. Не раздумывая, старик ступил в нее. Желудок словно взбунтовался, голова закружилась. Один единственный шаг, и он уже в Конохе в главном здании подразделения Корня. С улицы доносились взрывы, но они мало интересовали Данзо. Ему, во что бы то ни стало, надо было попасть в гробницу Рикудо, а прямые выходы к ней не лежат где попало. А потому, ковыляя в свой кабинет, он мысленно радовался, что налетчики еще не добрались сюда. Словно в насмешку над мыслями Данзо, здание содрогнулось от взрыва. Некогда стерильно чистые коридоры начало заволакивать дымом и пылью. Похоже, было подорвано западное крыло. Ускорив шаг, мужчина быстро свернул в нужный ему коридор и направился к лестничной площадке. А там и до кабинета его было недалеко. На нижних этажах раздалась ругань, судя по всему люди, пришедшие с Акацки, все же пробрались сюда. Без раздумий переступая перетянутую поперек коридора нить ловушки, предводитель Корня скрылся у себя в кабинете и, повернувшись лицом к входной двери, опять сложил печать. Проход образовался прямо в двери. Все же это была очень удачная техника. Данзо успел вступить в образовавшийся проем как раз в тот миг, когда под дверью его кабинета взорвались печати.

Неожиданная тишина буквально обрушилась на него. Полупрозрачные стены привычно мерцали. Чего не скажешь о простирающемся вокруг облике пещеры. Данзо отчетливо помнил, как еще позавчера выглядело это нерукотворное помещение с десятками его соляных колонн. То, что творилось здесь сейчас, вряд ли поддавалось его пониманию... Было жарко и влажно, в нос ударил приторный запах крови, что уж говорить, кровью было забрызгано все вокруг. Лишь надписи с историей становления Конохи неизменно находились на своем месте. Пятна крови на них придавали каменным, мерцающим в темноте стенам дивного шарма. Под ними, в не совсем естественной позе, лежал труп женщины, заботливо укрытый отличительным плащом Акацки. Стела была слегка отодвинута, приоткрывая тем самым вход в зал, в котором находился сосуд огня.

Единственная мысль, появившаяся в голове уже порядком подуставшего старика, возмущенно вопрошала: "Какого черта здесь произошло?" Но не успел он подумать об этом, как над головой послышался знакомый звук зарождающейся техники. Не веря собственным ушам, Данзо поднял голову.

– Сюрприз, - оскалился Саске Учиха, падая на него неизвестно откуда. В его правой ладони был меч, вокруг лезвия которого набирало мощности чидори... Отскочив в сторону, Данзо вскользь взглянул на приоткрытый вход в гробницу. Он бы сейчас многое отдал за то, чтобы попасть туда. Но не тут то было. Опять придется действовать по ситуации.