— Да, - подтвердил Партиони.
– Что-нибудь из лёгких красных вин... «Мантигориса» например...

— Лёгкое красное?!
– официант, казалось, был в ужасе.
– К запечённым в мартишанках патунисикам?!

Левая бровь Партиони угрожающе поползла вверх.

— Мне повторить?!
– удивился он, прожигая официанта взглядом.

Официант мигом исчез и через секунду на столе перед Партиони стояла низкая пузатая бутылка с вином.

— Что-нибудь ещё?
– радужно улыбаясь пропел официант, склоняясь перед Партиони.

— Э-э-э... Нет... Да!
– Партиони, словно бы вспомнив что-то значительное, поднял вверх указательный палец.

Официант качнулся и замер, ловя каждое его слово. Если раньше все слуги считали, что главный здесь Кирк ван Детчер, то теперь уже для них не оставалось никаких сомнений - главным тут был, конечно же, Мигель Партиони. А остальные - так, за компанию с ним.

— У нас важный разговор, поэтому...
– Партиони выразительным взглядом обвёл суетящихся вокруг стола людей и серьёзно поглядел на официанта.

— Сию секунду, - выдохнул официант и вскоре ресторанный зал опустел.

— Ну, вот!
– довольно вздохнул Партиони.
– Теперь можно и пообедать!

— Я гляжу, ты уже летал на этой яхте?
– усмехнулся Кирк.

— Вы не поверите, командир, но я тут в первый раз!
– доверительно признался Партиони.
– Знаете, как это всё действует мне на нервы? Ужас! Да и еда эта, будь она неладна...

Партиони хмуро посмотрел на возвышающуюся перед ним на тарелке голубоватую ажурную башенку с оранжевыми прожилками.

— Чёрт его знает, что это такое, и как его нужно есть!
– проворчал он, осторожно тыкая ложкой в башенку.

— А что такое «запечённые в мартишанках патунисики»?
– поинтересовалась Тас-Кса-Сит.

— Понятия не имею, - пожал плечами Партиони.
– И вино «Мантигориса» я никогда в жизни не пробовал, только слышал о нём... Дрянь, наверное. Мне говорили, что оно стоит около тысячи кредов за бутылку...

— Так чего же ты гонял официанта за этим вином?!
– удивился Рогов.

— Пускай побегают, им это полезно, - отмахнулся Партиони, подцепляя ложкой кусок диковинной башни.
– М-м-м!.. Вкусно!

— Ты хорошо вошёл в роль богатого хлыща, - усмехнулся Кирк.
– Была у меня одна знакомая, с которой мы некоторое время... э-э-э... общались на Картисе-IV. Она тоже умела произносить такие длинные и непонятные названия блюд... Или ты просто не вышел ещё из роли богатого делового человека, которому требуется сопровождение на Первой Шерона?

— Надеюсь, командир, вы на меня не в обиде?
– без тени смущения спросил Партиони, продолжая уплетать это экзотическое блюдо.
– Понимаете, если бы не я, за вами отправился бы кто-нибудь другой. А там уж, кто знает, как оно всё обернулось бы? А так мы чудесно провели время. Я - разыгрывая из себя богатого хлыща; вы - чувствуя свою необходимость и предвкушая хороший заработок. Разве я не прав?! И я очень надеюсь, что вы, командир, не поставите знак равенства между мной и своей знакомой с Четвёртой Картиса или, по крайней мере, не будете меня так же... э-э-э... также со мной общаться.

Кирк невольно улыбнулся. Нет, положительно, этот Партиони ему чем-то симпатичен. Несмотря на свинью, которую он подложил Кирку.

А впрочем, почему - подложил свинью?!

Кирк вдруг понял, чем ему симпатичен Партиони - и повадками своими, и манерой разговора он напоминал Кирку старого и верного товарища, лейтенанта Франсуа Парка. Да и внешне Партиони чем-то был на него похож. Только Франсуа всегда брил голову налысо. Как он сам шутил, чтобы отражать лучи боевых лазеров.

Да, подумал Кирк. Франсуа в этом походе мне здорово бы пригодился. Жаль, что он погиб в семьсот третьем. Ему хорошо была знакома роль солдата. И играл он эту свою роль всю жизнь, и с немалым удовольствием...

Словно бы подслушав его мысли Партиони опять заговорил.

— Ничего, командир, - успокаивающе произнёс он, уминая голубоватую башенку.
– Роль солдата мне тоже знакома. Придёт время, и вы в этом убедитесь.

Кирк невольно замер, не донеся ложку до рта. Чёрт побери, подумал он. Надо же, какие бывают совпадения...

— Всем людям свойственно переоценивать свои возможности, - холодно произнёс Тенчен-Син.
– Низшие существа, как правило, лишены чувства реальности и верного восприятия действительности.

Партиони сделал резкое движение рукой. Кирк успел заметить, как ложка, которой Мигель только что уплетал причудливую закуску, метнулась к кассилианину. Но Тенчен-Син оказался не менее проворен - он успел поймать её буквально в сантиметре от своего горла.

— Умеешь кое-что, - одобрительно кивнул Партиони.
– Молодец, ящерица!

— Как мерзко воняет!
– Тенчен-Син брезгливо отшвырнул ложку в сторону и тщательно вытер пальцы о комбинезон.

— Чем воняет?
– полюбопытствовала Тас-Кса-Сит.
– Запечёнными патунисиками?