Если, конечно, не выйдет на связь с генералом...

Но передатчик молчал, тишина в комнате была полной.

Мёртвой.

«Беркут» Кирку был знаком - быстрый и достаточно манёвренный флаер, хотя и очень неудобный. В последнее время поговаривали, что их даже собираются снять с вооружения за ненадобностью - «Кондоры» намного эффективнее. Уже сейчас «Беркуты» использовались в основном для нужд командного состава и в боевых операциях участие принимали редко. В армии их даже с усмешкой называли «карета» или «паланкин», хотя и в манёвренности, и в скорости те же самые «Кондоры» намного уступали «Беркутам». Но что бы там кто ни говорил, а рассчитан флаер на три единицы личного состава - пилот-стрелок и двое членов боевой группы. А здесь сейчас находилось пятеро. Правда, Ксирс-Тис-Сат и невразумительное создание женского пола были достаточно миниатюрными, чтобы сойти за одного полновесного десантника, но всё же...

Кирк мгновенно вспомнил ту эвакуацию на Ксионе-II - как сержант Ши Вонг потерял от страха голову и начал поднимать машину, ещё когда ван Детчеру, тащившему на себе Гринёва, до «Беркута» оставалось метров десять. И как Хоггинс врезал Вонгу по морде, вытащил из пилотского кресла и собирался вообще выкинуть вон. То есть, это я потом понял, что он его собирался выкинуть, подумал Кирк. А в тот момент мне не до того было, я был просто рад, что флаер заберёт и нас с Гринёвым тоже, а не одного только Биггеля. И тут как раз в люке появляется лейтенант Хоггинс - тянет упирающегося Ши Вонга, пытается выкинуть его из машины и методично, с серьёзнейшим выражением лица раз за разом бьёт его по зубам. А потом лейтенант бледнеет, выпускает сержанта, по рукаву его куртки начинает расползаться тёмное пятно и он исчезает в люке «Беркута»...

Нас тогда, кстати, тоже пятеро было, вспомнил Кирк. И, кстати же, флаер даже отказался подниматься в воздух. От одного пришлось избавляться...

Я оказался то ли самым смелым, то ли самым сообразительным, когда выпрыгнул из «Беркута». Флаер сразу же рванул в небо, а я...

Нет, поправило себя Кирк. Не самым сообразительным или смелым я был. Я был командиром. Моя задача была - сохранить жизнь своим бойцам, своей группе. И именно за это, а не за благодарности или ордена, я заплатил несколькими месяцами рабства...

А сейчас? Сейчас я не командир?..

И тут же в памяти всплыл огненный цветок, распустившийся на месте парня, стрелявшего по десантникам из «Дракона». А ведь он нас прикрыл, подумал Кирк. Если бы он не отвлёк внимание, если бы не вызвал огонь на себя, неизвестно, успели бы мы взлететь. Люк ещё даже не закрыт был, а один залп в открытый люк - всё! Братская могила...

Кирк скрипнул зубами и вцепился в рычаги управления. Флаер поднялся над отелем и сделал поворот. Машина слушалась с трудом. Чёрт, с неудовольствием подумал Кирк. Перегрузка! Долбанут сейчас по нам из «Удава» и всё - здравствуйте, покойная мамаша...

— Туда! Туда давай!..

— Отойди отсюда!
– злобно рявкнул Кирк на сующееся между ним и экраном внешнего обзора невразумительное существо.
– Какого чёрта?!

— Слушай её!
– крикнул кассилианин.
– Она местная! Она знает!

Кирк с ненавистью мазнул взглядом по невразумительному существу - это действительно оказалась женщина лет восемнадцати-двадцати, одетая во что-то очень яркое, красно-жёлто-оранжевое, плотно облегающее... чёрт, оторопело подумал Кирк. Да это же та самая девица, что была в казино, когда я играл... И не одета она почти, это рисунок такой на теле... Она-то здесь откуда?!

Кирк отогнал ненужные ему сейчас мысли и полностью сосредоточился на управлении флаером. Ярко-жёлтый пальчик девицы упорно тыкал в возвышавшиеся над лесом горы, и Кирк развернул машину в том направлении и выжал из неё всё, на что были способны двигатели. Особого успеха это, правда, не имело - машина явно была перегружена.

— Прибавь скорость!
– рявкнул в ухо кассилианин.
– За нами погоня!

— Заткнись, ящерица!
– огрызнулся Кирк.
– Мы и так идём на пределе!..

Кирк уже видел на экране преследователей - две машины, одна из них значительно отставала (это был «Кондор», он и не смог бы их догнать), а вторая висела на хвосте (это уже «Беркут», наверняка не такой перегруженный, наверняка с хорошим стрелком на борту).

— Быстрее, быстрее!
– завизжала размалёванная девица.
– Через вон ту вершину! А там уже море!

— Дура!
– рявкнул Кирк.
– На кой чёрт нам море?!

— Там остров есть!
– взвизгнула девица.
– Я на нём живу! Километров через сто или двести!..

— Идиотка!
– рявкнул Кирк и повернулся к кассилианину.
– Знает, говоришь? Зар-р-раза!..

— Тупые мартышки!
– возмутился кассилианин.
– Пусти меня! Я выкину её из флаера!..

Девица испуганно завизжала, когда гвардеец попытался схватить её за плечи, начала отбиваться и сильно толкнула Кирка. В кабине и без того было не повернуться, на плечах ван Детчер всё время лежало чьё-то горячее и давящее тело, а тут ещё под самым локтем отчаянно завертелось, заотбивалось, визжа, колотя и царапая всё, что можно вокруг...

Флаер, послушный дёрганным движениям Кирка, нырнул вниз, резанул по верхушкам деревьев, завалился вправо и резко взмыл в небо.

— Всех поубиваю!
– надрывая голос заорал Кирк.
– Всех!..
– он запнулся.

Внизу, где только что был «Беркут», вспыхнул яркий огненный шар. И Кирк понял, что по ним стреляют и что только случайность и возня в кабине помогли флаеру уцелеть. Впрочем, уцелеть - это слишком сильно сказано. И слишком преждевременно.

Ударной волной «Беркут» подбросило, опрокинуло и потащило прямо к скалам. Кирк постарался выровнять машину, но без особого успеха - во-первых, она по-прежнему оставалась перегруженной, а во-вторых, тревожно заверещал зуммер и индикаторы обоих левых двигателей истерично заморгали красным цветом.