—Я не знал,— растерялся Ламбрант.— Я слышал, вы сегодня говорили что-то об этом, но я...

—Но ты не придал этому значения!— передразнил его Леонид Абрамович, глаза которого окончательно стали белыми.— В этом твоя главная ошибка, мой дорогой Павлов. И я заставлю тебя запомнить её навсегда...

Что означали его слова, больше похожие на угрозу, Ламбрант сообразил слишком поздно. Он продолжал видеть в Литвинове своего покровителя и поэтому просчитался. Профессор замер, склонив краснеющую голову. У него возникли рога, заострились уши, исчезли волосы, и он сделался тем, кем являлся на самом деле. Только вот беседовать с молодчиком об их природе и о мерах предосторожности люциферит отказался, вытащив из внутреннего кармана пиджака короткий чёрный нож.

—Ну?— спросил он, надвигаясь на испугавшегося парня.— Чуешь теперь свои многочисленные ошибки?

—Что Вы задумали?— с паникой в голосе уточнил первокурсник и, не дожидаясь ответа, ринулся к дверям, ведущим в застеклённую галерею.

Те оказались заперты. Пришлось бежать в обратную сторону, увернувшись от свистящего ножа. Литвинов не переставал улыбаться и не слишком-то торопился догнать молодчика, который уже достиг прохода, за которым светлел пляж. Может, люциферит специально это устроил? Может, он просто играет с новым подопечным? Или действительно собирается его убить, как поступают все представители его племени?.. Хотя у них нет никакого племени, но Ламбранту сейчас было не до этих раздумий. Он бежал от задней части ресторана в неведомую тьму, слыша лишь шум волн и смех Литвинова за спиной. Нет, старик явно не шутит, а продолжает преследовать его. И наверняка догонит.

—Так надо, Ламбрант!— выкрикнул злодей весёлым голосом.— Так надо!..

Обогнув островок зарослей, Ламбрант обо что-то споткнулся, погрузился в холодный мокрый песок и вместо того, чтобы подняться и бежать дальше, застыл от внезапного яркого воспоминания. Такое с ним уже происходило когда-то, даже совсем недавно. Он точно так же пытался от кого-то скрыться, боялся, на ходу придумывал варианты отступления, но был уверен, что сможет справиться с этой проблемой. И тогда он тоже падал на пропитанную дождём землю, зная, что убийца идёт по пятам.

Преодолев это внезапное озарение, Павлов вскочил, нацелил себе путь вдоль береговой линии и помчался вперёд. Хохот Литвинова прекратился. Возможно, он потерял из виду доверчивого парнишку, а возможно, просто притаился. Ведь люциферит вполне способен чувствовать представителя бесовской братии на близком расстоянии, и вряд ли темень станет ему помехой. Добравшись до каких-то камней, Ламбрант обернулся и задержал дыхание. Никто не шёл за ним. По крайней мере, берег был чист, и он потратил эти минуты на отдых, успокаивая возбуждённый мозг. Главное – не паниковать и рассчитать правильное решение. На суше Леонид Абрамович наверняка хорошо ориентируется и быстрее найдёт студента. Надеяться на то, что удастся без приключений покинуть эту городскую окраину, очень глупо. Литвинов ждёт парня где-нибудь у деревьев. Значит, нужно залезть в воду и уплыть отсюда. Вполне неплохой и логичный вариант. К тому же, вода сбивает все запахи, по которым люциферит мог найти жертву.

Температура реки была далека от «плавательной». Ламбрант почуял это сразу, едва ступил в пелену шипящих волн. Однако собственная жизнь была гораздо дороже холода, отчего бес тут же нырнул и активно заработал руками и ногами. Подумаешь, проплыть километр или даже меньше, пустяковое дело. Единственное, мешало течение и дождь. Последний слепил глаза, забивал ноздри водой, когда Павлов пытался глотнуть воздуха. Он пока не догадался о том, что вполне может обойтись и без кислорода. Под ним колыхалось огромное чёрное пространство, которое нисколько его не ободряло. Здание ресторана осталось позади, играя неоновыми огнями. Берег перед ним по-прежнему был пуст, и Ламбрант решил сосредоточить взгляд на примыкавших к «Пенелопе» липах. И когда там мелькнула серая тень, он обрадовался. Предположения подтвердились, люциферит шатался в потёмках, ища свою жертву и не подозревая, что та уже уплыла от него на соседний берег.

Вдруг за ноги кто-то резко схватился, и Ламбранта потянуло под воду. Он даже не успел ничего сообразить, как оказался в кромешной холодной мгле. Что-то впилось ему в колено, и бес почуял собственную кровь. Его ранили и продолжали тянуть на глубину. Он вырывался, пытался плыть наверх, царапал чью-то руку, сжавшую его огромный ботинок. Через пару секунд болезненный удар повторился, и кровь снова выступила в воду обильной чёрной струёй. Потом внезапно их обоих выбросило на поверхность, и перед глазами возникло лицо довольного люциферита.

—Думал, я не разгадаю твой манёвр, слабак?!— вскричал Литвинов и всадил лезвие ему под рёбра с правой стороны.— Больно тебе, Ламбрант? Признавайся, больно или нет?..

Признаться не хватило терпения. Павлов только и мог, что корчиться от колотых ран и реветь, захлёбываясь ледяной водой.

—Тебе будет больно, это только начало!— пообещал профессор и снова потащил его ко дну.

Нож входил и выходил из его тела, словно из куска тающего сливочного масла. Всё вокруг заволокло кровавой пеленой, и теперь хотелось лишь умереть. Испытывать нескончаемую боль юный бес не мог, перестав считать количество ударов, наносимых ему коварным красным демоном. Литвинов оказался прав, было невыносимо, даже намного хуже, чем прошлой ночью на крыше родной девятиэтажки. От такой боли в глазах появились белые искры, а туловище онемело, не ощущая больше ни холода, ни повреждений.

Наверное, это продолжалось бы и дальше, однако Литвинова ударило невесть откуда взявшееся весло. Люциферит выпустил из ладони нож и получил второй удар прямо по правому рогу, после чего хватка его руки ослабла. Ламбранта же кто-то вытянул обратно на поверхность и одним движением положил на дно сырой лодки. Вовремя подоспевшим спасителем оказался Бертран, который ещё несколько раз шлёпнул веслом по воде и начал быстро грести к берегу. Дальнейшее Павлов помнил очень смутно. От огня, горевшего во всём его израненном теле, сознание быстро отключилось.