Кес нетерпеливо пересек комнату. Если он откроет дверь, то сэкономит пару драгоценных секунд, которые ушли бы у Эллы, чтобы вставить ключ в замок и провернуть его.

И уже почти прикоснулся к дверной ручке, когда до его слуха донеслись голоса. Нахмурившись, Кес прислушался и разобрал женский голосок Эллы и более низкий. Мужской. Его маленький человечек не одна.

Приняв человеческий облик, он открыл дверь и окинул всех пристальным взглядом, который стал испепеляющим, когда он узнал того, кто шел рядом с его женщиной. Детектив МакКуэд был столь же рад видеть его, как и сам Кес обрадовался детективу.

– Кес. – Элла улыбнулась ему немного напряженно, но это ведь только он знал, как она улыбается по-настоящему, другие же люди нет.

– Добро пожаловать домой, милая, – произнес он, намеренно склонившись и скользнув своими губами по ее, отмечая визуально границу, которую не мог заметить полицейский, любящий флиртовать. – Ты опоздала, я уже начал волноваться.

– Автобусы, – объяснила она, стягивая с плеч пальто и вешая на старомодную деревянную вешалку у двери. – Ты помнишь детектива МакКуэда? Он был в музее на прошлой неделе по поводу пропавшей статуи.

– Помню. – Кес кивнул человеку, не желая пожимать ему руку, дабы не выказать неуместное радушие. – Детектив.

– Мистер Ливингстон, да? – МакКуэд кивнул в ответ и жестом указал на низкого, коренастого мужчину за собой. – Мой напарник, детектив Харкер.

И вновь Кес кивнул, но ничего не сказал.

Элла подошла ближе и встала с боку, поэтому он тут же ее обнял.

Она посмотрела на него с очередной недоулыбкой.

– Детективы ждали меня внизу, думаю, они хотят задать еще вопросы по поводу кражи из музея. – И вновь перевела взгляд на незваных гостей.

– Я бы рада рассказать, что могу, но думаю, вам уже известна большая часть. Могу, хм... предложить вам кофе? Так всегда люди делают в телевизоре, да? Предлагают офицерам кофе.

– Спасибо, но мы откажемся, – сказал МакКуэд, улыбнувшись по-мальчишески. – Много времени не понадобится.

Кес приподнял бровь, но не двинулся с места. Он стоял всего в шаге от входной двери, тем самым блокируя полицейским вход в квартиру. Если им нужно совсем немного времени, то и нет необходимости в более комфортных условиях.

Кроме того, Страж смог почувствовать напряжение Эллы, когда она прижалась к нему. Ее что-то беспокоило, и единственной причиной беспокойства могли быть только сыщики. Данное обстоятельство усилило негативную реакцию к пришедшим.

– Спрашивайте, – сказала она с ложной веселостью.

МакКуэд полез в карман пальто и достал небольшой блокнот и ручку. Прежде чем посмотреть на Эллу, его взгляд как бы случайно скользнул по периметру квартиры, хотя тот мало мог увидеть, обзор ему подобно стене заграждал Кес.

– Ты можешь снова рассказать, что в точности видела, когда уходила из музейного сада в прошлую пятницу?

Элла нахмурилась и поджала губы, начав вспоминать. Кес перевел свой взгляд с ее лица на МакКуэда, а затем на Харкера. Тот не смотрел ни на Эллу, ни на своего напарника. Казалось, что детектива Харкера очень заинтересовала обстановка и декор квартиры Эллы.

Его взгляд скользнул по картинам, висевшим на стенах, по книжным шкафам, заполненных книгами по художественной и научной литературе. Он мельком посмотрел в сторону открытой дверь спальни, но Кес, покидая комнату, выключил свет, поэтому ему было мало что видно.

Он, казалось, обратите внимание, на альков, в котором должен быть расположен обеденный стол, но вместо него там стоял рабочий с компьютером Эллы и многофункциональным принтером. Детектив осмотрел маленькую кухню, отгороженную от основного пространства барной стойкой, затем его интерес снова вернулся к жилой комнате.

Кес увидел, как взгляд Харкера скользит по удобному дивану и мягкому креслу, которое стояло рядом. На заднем фоне он слышал, как МакКуэд задал еще один вопрос, потом третий, а также обратил внимание на спокойные ответы Эллы.

Ее голос звучал расслабленно. Обычно, когда человек повторял знакомую историю несколько раз, он расслаблялся, потому что говорить правду легко. Только лжецы оставались на чеку и раздраженными. Лжецы, и люди, которые чувствовали, что что-то не так.

В то время как эта мысль пришла ему в голову, Кес заметил, что взгляд Харкера задержался на чем-то, чего Кес не мог видеть. Но он знал, что его в поле зрения не входила часть дивана и большая часть журнального столика, на котором лежала стопка книг, очень старых с уникальными переплетами и легко запоминающимися названиями.