— Еще как. Мне действительно этого хочется. Больше, чем чего-нибудь еще, если не считать волшебной микстуры, которая могла бы оживить Малколма.

— Хорошо, но ведь ты и есть человек, способный добиться поставленной цели, — сказал Мюррей. — Ты здесь не ради красивых слов или никчемного героизма. Ты старый и опытный, с характером. У тебя два главных достоинства: стреляешь, когда приказывают, и умеешь, когда надо, думать и понимать. Заставь Доуси сотрудничать с нами, пожалуйста. Достаньте живого инфицированного носителя!

Он отключил телефон.

Возможно, Мюррей и кретин, подумал Филлипс, но все равно в его словах была доля здравого смысла.

— Вот почему у тебя такая крутая работа, старик! — в сердцах повторил Дью. — Потому что ты умеешь думать и понимать.

Только как же, черт возьми, ему поладить с ужасным Перри Доуси?

Иногда иметь черный бюджет — это все-таки круто.

«Лачуга Боба» вовсе не была никакой лачугой. Фактически она являлась частью мотеля — довольно милая забегаловка с двумя десятками столиков, четыре из которых явно забрали из номеров. За определенную плату помещение перешло в распоряжение небольшой команды Дью Филлипса.

Ну и что? Это всего лишь деньги налогоплательщиков…

Можно было бы провести время в компьютерном центре Маргомобиля. Но сейчас, в забегаловке, они имели возможность поговорить открыто. Дью сел за столик с Кларенсом Отто, Эймосом Хантом и Маргарет Монтойей. Другой столик заняли Гич, Маркус, черноглазый Милнер и Баумгартнер с пластырем на носу. Маркус насвистывал грустную мелодию «Дом восходящего солнца».

Остальных агентов Дью вчера вечером отправил домой после того, как те закончили свою работу в доме Макмилланов. Они были местными, и в тонкости дела их никто не посвящал. Подобная тактика давала ему возможность получить необходимую физическую силу и огневую поддержку и в то же время сводила к минимуму число лиц, посвященных в детали секретных операций.

Эймос раскрыл меню. Дью хотел поначалу сострить что-нибудь по поводу этой закусочной, но потом предположил, что Эймос, наверное, слышал подобное уже миллион раз. Вместе они собирались часто, может быть, два или три раза в неделю. Филлипс всегда с нетерпением ждал совместной встречи и всегда находил для нее время. Положение становилось настолько мрачным и отчаянным, что всем требовалось выпустить пар. Своеобразные «летучки» за завтраком давали редкую возможность непринужденно поговорить, посмеяться и даже пошутить.

— Хорошо, Маргарет, — сказал Дью. — Расскажи теперь вкратце о проведенном вскрытии.

Она оторвала взгляд от меню.

— То есть? Здесь, что ли?! Мы ведь, кажется, собрались перекусить.

— Да, прямо тут, — сказал Филлипс. — Уверен, что русские «Лачугу Боба» пока еще не прослушивают.

— Русские? — переспросил Отто. — Сразу видно, что наш Дью — человек пожилой.

— На самом деле, мой не слишком образованный друг, — поправил Эймос, — слово «русские» достаточно точно отражает ситуацию, поскольку теперь у нас вместо СССР есть страна под названием Россия. В случае СССР вместо «русские» было корректнее говорить «коммунисты».

Отто нахмурился, затем улыбнулся.

— Скажи-ка, мой маленький белый друг, разве ты не должен мне двадцатку?

— Ах ты гад, — усмехнулся Эймос. — Вспомнил все-таки.

Затем он извлек бумажник и передал сложенную банкноту.

— А это еще за что? — спросила Маргарет.

Отто сунул двадцать долларов в карман.

— Он поспорил, что Доуси убьет меня вчера вечером.

Маргарет чуть не задохнулась от удивления.

— Эймос! Неужели?

— Но я ведь заплатил ему, не так ли?

Она покачала головой и нахмурилась.

— Я серьезно. О таких вещах не шутят.

— Тут либо шутить, либо плакать, — сказал Отто. — Как-то так. Я честно выиграл свои двадцать долларов — какие могут быть еще вопросы?

Подошла официантка, чтобы принять заказ.

— Ладно, — сказал Дью, когда девушка удалилась на кухню. — Давайте снова обсудим наши дела. Прежде всего, Марго, от души поздравляю с тем, что удалось разработать этот тест.

Отто и Эймос негромко зааплодировали. Маргарет покраснела.

— Спасибо, но… это результат нашей коллективной работы.

— Расслабьтесь, Госпожа Скромность, — усмехнулся Эймос. — Идея была целиком твоя, и она работает!

— Что еще удалось обнаружить на трупах? — спросил Дью.

— Ничего нового, — ответила Маргарет. — Хотя мы, конечно, обновили и углубили свои знания в этой области. Нам с Эймосом удалось получить крупные четкие снимки нервных узлов паразита. А также кровеносных сосудов. Думаю, мы уже неплохо изучили работу этих систем, хотя беспокойство вызывает деятельность мозга. О внутренних процессах работы головного мозга человека эти паразиты знают явно больше нас.