темпами, что я даже ночевать оставался в соборе, выбираясь из него лишь на

договоренные с отцом занятия по фехтованию. Я был так занят своими мыслями по

проекту, что чисто механически повторял движения инструктора, не задумываюсь о том, что делаю. Мыслями я был в другом месте, поэтому едва последняя песчинка песка падала

на дно нижней колбы, как я сразу бросал все и мчался назад под осуждающим взглядом

своего наставника.

Пока кипела работа, было забыто все - дом, Ида, свои увлечения.

Год спустя

Стоны девушки возбуждали меня все сильнее, покачивание её грудей в такт моим

толчкам заставили меня еще сильнее схватиться за её бедра и с грудным рыком входить в

неё все сильнее и сильнее. Я смог излиться только тогда, когда почувствовал, как мышцы

её нутра с силой несколько раз сжали и отпустили мой орган. Едва не закричав от

наслаждения я прижался к ней сильнее и чуть подрагивал задом, когда жидкость толчками

изливалась внутрь девушки.

Так я простоял несколько десятков секунд, пока дрожь по всему телу не стала

успокаиваться, а мой орган не стал уменьшаться и потихоньку выпадать из неё.

– Анри, - девушка потянула меня на себя и я упал на неё, - как мне тебя не хватало!

Ты совсем забыл обо мне!

– Ида, - я улыбнулся и погладил её по волосам, на висках мокрым от пота, - ты все

простишь, как только посмотришь завтра на собор! Приедет архиепископ на его

освящение и вечером в нем пройдет первая служба. Тебе непременно надо его увидеть!

– Не думаю, что меня пустят в первый же день, - улыбнулась она, рукой

проскальзывая вниз и начиная поглаживать мое опавшее естество, - говорят, что только

дворяне и первые лица города будут допущены в день открытия.

– Хочешь, я проведу тебя?! – я вздрогнул, ветерок гуляющий в зале охладил мою

мокрую спину, да еще и рука Иды заставляла кровь приливать вниз и я опять почувствовал

желание.

– Нет! – она испуганно вздрогнула, - и так достаточно косых взглядов, когда я

отлучаюсь куда-то надолго! Еще не хватало им узнать про нас!

– Хорошо, тогда послезавтра обязательно! – я был настойчив. Мне хотелось, чтобы она оценила наше с Жерраром творение.

Закончив работу, я сразу же бросился к своей любимой, поделиться новостями.

Нет, конечно мы встречались и во время работы, но эти встречи были слишком коротки, чтобы целиком насладиться друг другом как прежде. Но она понимала меня и я был

счастлив. Впервые в жизни я чувствовал себя живым, работая над чем-то важным и

нужным, поэтому когда работа была закончена и лихорадка от работы спала, сразу же

нахлынули чувства, отодвинутые ранее на второй план. Вот уже неделю, как мы каждый

день предавались плотским утехам, я уже и забыл, как это здорово, чувствовать себя рядом

с любимой женщиной.

Ида добилась своего и с довольной улыбкой, перекинула через меня ногу, а рукой

поправила мой орган, направляя его в себя.

– А-а-ах! – со слабым звуком она опустилась на него и улыбнулась мне, затем

закрыла глаза и стала медленно раскачиваться, даря себе и мне медленно накатывающее

наслаждение.

Впервые в жизни я видел отца довольным мною, в огромной толпе прибывших

посмотреть на новый собор я увидел и тех, на кого он посматривал с нескрываемой

радостью и тех, при виде которых он горделиво расправлял плечи. Ведь все стояли внизу, слушая речь епископа, я же, как один из участников строительства стоял наверху. Конечно

же во всеуслышание было объявлено, кто работал над собором и кто украшал его. Стоять

и сверху вниз видеть обращенные к тебе лица, было необычно, но очень приятно. Я

чувствовал себя словно птица, впервые вставшая на крыло, казалось вот еще одно

мгновение и я взлечу.

Еще больше восторгов было, когда в освящённый собор стали запускать людей.

Охов и ахов было столько, что даже отец удивленно посмотрел на меня, но ничего не

сказал, матушка же прослезилась и горячо обняла. Это поистине был лучший день в моей

жизни.

Глава 2 Первые испытания