Тамсин быстро отошла от говорящих в поисках тихого угла, где можно было переосмыслить услышанное. Она надеялась наконец получить подсказку на то, где искать маму, но ее надежды не оправдались.

Сухая рука, пахнущая табаком, опустилась на ее плечо, и Тамсин вздрогнула.

— Ты услышала это, верно? — спросила Глэдис. — Ты в порядке, милая?

Тамсин лишь покачала головой.

— Так и знала. Это был лишь вопрос времени, когда кто-нибудь проговорится.

— Мне нужно идти, — наконец выдохнула Тамсин.

— Я позабочусь обо всем, — понимающе взглянув на нее, сказала Глэдис. — Нам всем очень жаль твою мать.

Позже Тамсин с трудом вспоминала, как ехала домой и сидела в кабинете Финна, который все это время знал, что ее мать умирает в больнице, но молчал. Что это: обещания, любовь, честь? К черту их всех! Гнев закипал в Тамсин с новой силой, пока она проверяла по телефону списки больных в клиниках. Но даже когда она ее нашла, радость ее была недолгой. Ей ничего не сказали о матери, так как Тамсин не была внесена в список родных.

Затем она выяснила, что на самолете до Веллингтона можно добраться за полчаса. Все это время ее мать была на расстоянии пролива Кука, через который регулярно летали рейсы. Тамсин забронировала последнее место на самолет и отправилась в аэропорт.

— Извините, мисс, но мы не можем дать вам информацию о пациенте, — сочувственно, но упрямо твердила девушка за стойкой регистратуры.

— Вы можете хотя бы сказать, жива она или нет, — умоляла Тамсин.

— Пожалуйста, остановитесь, иначе я буду вынуждена вызвать охрану. Я сказала все, что могла.

— Вы не сказали ничего! Здесь моя мать, и она умирает. Я лишь хочу знать, не слишком ли поздно я приехала, чтобы в последний раз увидеть ее. Я так многого прошу? — Ее голос сорвался на крик, и девушка за стойкой стала набирать номер охраны.

— Мисс, понимаю, вам тяжело, но у меня есть четкие предписания.

Тамсин отошла от нее, содрогаясь от беспомощности и гнева. Она посмотрела на лифт, думая, что в состоянии обежать все этажи, пока не найдет палату, где лежит ее мать. В этот момент двери одного из лифтов открылись, и из него вышел Финн. С ним был пожилой мужчина и девушка, чуть моложе ее самой. Лоренцо Фабрини и его дочь, Алексис. Холодок пробежал по спине Тамсин, когда она узнала их и впервые увидела свою сестру.

Алексис одной рукой вытирала глаза, громко всхлипывая, другой держалась за отца. Тамсин не было понятно, кто кого поддерживает, но другая мысль неожиданно пронзила ее. Глаза мужчин были красны, а Алексис плакала. Часы для посещения еще не закончились, и они вряд ли бы оставили Эллен, если бы не…

Неужели она опоздала? Столько пережила, чтобы в самом конце проиграть? Тамсин не могла идти, ее ноги дрожали.

Она поймала на себе взгляд Лоренцо, который, искривившись от злости, тут же обратился к Финну.

— Я думал, ты держишь ее подальше отсюда, — резко заявил он.

— Папа! — воскликнула Алексис, дергая отца за руку.

Но слова были произнесены. Чертовы слова, подтверждающие, что Финн не просто скрывал от нее мать, но активно способствовал тому, чтобы она ничего о ней не узнала. Сердце Тамсин сжалось от боли.

— Я сама себе хозяйка, — произнесла Тамсин, подходя к ним. — Вы не можете постоянно отталкивать меня, надеясь, что я исчезну. Я хочу увидеть свою мать.

— Вы опоздали… — мягко ответила Алексис. — Мама умерла два часа назад. Если бы я знала, что вы здесь…

— Ничего бы не произошло! — отрезал Лоренцо. — Она Мастерс. Ты знаешь, что они сделали твоей матери, как они сломали ее.

— Достаточно, — твердо заявил Финн, вставая между Тамсин и Лоренцо. — Сейчас не время для взаимных упреков. Алексис, отвези отца в гостиницу, а я позабочусь о Тамсин.

Тамсин не могла поверить своим ушам. Ее мать мертва? Все шансы, которые она лелеяла последние четыре недели, были потеряны. Все вопросы истории — все пропало. Навсегда.

Не в силах даже думать, Тамсин покорно шла за Финном к такси. Она не заметила, как они вошли в его номер, а у нее в руках оказался стакан бренди.

— Выпей, у тебя шок, — настоял Финн, помогая ей поднести стакан к губам.

Тамсин подчинилась, автоматически глотнув жгучую жидкость, пробудившую ее застывшие от ужаса чувства.

— Почему? — пустым голосом спросила она. — Почему вы скрывали ее от меня? Я бы не ранила ее. Я хотела увидеть свою маму! — Слезы потекли по ее щекам.

— Это бы ничего не изменило. Ты бы не получила того, к чему стремилась. Она была слишком больна.

— Откуда ты знаешь? Вы не дали мне шанса!

Финн вздохнул и сел на стул напротив нее, подперев голову руками.