И тогда она закричала словно банши.

Мэди, которая участвовала в парусных гонках, пропала без вести тем же вечером. Чтобы найти её тело, распухшее от солёной воды и уже едва ли похожее на себя, потребовалось четыре дня. А затем ещё десятилетия для того, чтобы самой Лоррейн выяснить, как она смогла это почувствовать.

— Я тебе говорю, сто процентов это Мэдди!

Лидия закатила глаза, но всё же принялась вводить в пустую ячейку ключа имя женщины, которую любила её бабушка. После нажатия кнопки “Ввод”, компьютер выдал ошибку.

— Может, полное имя? — подключилась я.

Лидия отрицательно качнула головой.

— Тогда попробуй свое. Ведь послание было оставлено именно тебе.

Лидия набрала на клавиатуре своё имя. Ошибка.

— Имя твоей мамы? — Лиам присоединился к общему мозговому штурму.

Лидия снова застучала пальцами по кнопкам. Ошибка.

— Чьи имена были ключами до этого? — спросила я, хотя мне уже не раз об этом рассказывали.

— Эллисон. Эйдан. И Дерек.

Стайлз бросил встревоженный взгляд на Лидию, но та выглядела спокойной. Или, по крайней мере, пыталась выглядеть таковой.

— Но ведь Дерек жив. Почему именно он?

— Мы не знаем, — ответила Лидия.

— Дерек теперь даже не совсем и оборотень, — добавил Стайлз.

Я вопросительно взглянула на Лиама. Тот пожал плечами.

— Это долгая история, связанная с Кейт Арджент.

— Тётей Эллисон? Она же мертва.

— Не совсем.

Голова шла кругом. Вопросов, казалось, было намного больше, чем ответов. И я до сих пор не могла понять, почему эти ребята считают, что я именно та, кто может им помочь. Я отошла от Лидии и Стайлза и подошла к окну. Прошло лишь два дня с тех пор, как я нашла в гараже того бедолагу, но мне казалось, что я никогда не смогу забыть это: эти пустые глаза, крик, застрявший в его горле прежде, чем он отключился и стойкий запах горелой плоти.

— Лиз? Ты с нами? — голос Стайлза вывел меня из раздумий.

— Да, да, я просто … задумалась.

— Так что ты думаешь, Лидия? Может ваш домашний питомец?

Несмотря на то, что я стояла спиной к ребятам, я могла буквально почувствовать, как Лидия качает головой, уставшая от ерунды, которую говорит Стайлз.

— Если твоя бабушка оставила часть кода, то это значит, что она составила список смертников? — спросил Лиам.

Я повернулась, потому что тоже хотела узнать ответ на этот вопрос.

— Возможно, она начала его при жизни, — Лидия перевела взгляд на меня.

— Или она не думала о нём, как о списке смертников, — произнесла я.

— В смысле? — переспросил Стайлз.

— Возможно единственный близкий ей человек умер, и она каким-то невероятным образом знала о её смерти, но не смогла её предотвратить. И это заставило её приступить к поискам: пытаться выяснить, что же произошло на самом деле. Она банши, и если ей не составило труда найти Мередит, то, возможно, и остальных, даже ещё не рождённых, сверхъестественных существ ей тоже удалось почувствовать?

— Она банши, а не ясновидящая, — Стайлз поднял указательный палец в воздух.

— Банши делают странные вещи, поверь мне. И не только предсказывают смерть … Возможно, Лоррейн не составляла список для того, чтобы кто-то убивал невинных людей. Возможно, она хотела спасти нас?

— Знаешь, что? — Стайлз подошёл ко мне и хлопнул меня по плечу. — Ты мне нравишься, от тебя хоть какая-то польза.

Я улыбнулась, но сделала вид, словно мне было всё равно на то, что сказал парень.

— А какова вероятность того, что она могла знать убийцу? — поинтересовался Лиам.

— Я не знаю, — Лидия пожала плечами - Возможно, разгадка скрывается за этим кодом.

— Кодом, от которого у нас всё ещё нет пароля.

— Спасибо, парень, что просветил, — Стайлз фыркнул, а затем плюхнулся на стул рядом с Лидией и положил подбородок на кулаки, упершись локтями в стол. — Прах был оставлен для тебя. И шифр был оставлен для тебя. Значит, только ты, Лидия, сможешь в этом разобраться.

— И никто другой, — добавила Лидия. — Именно поэтому она сделала его таким сложным.

Стайлз опустил руки на стол и рухнул на них лбом, словно дико устал от всего этого дерьма. Тишина повисла в комнате, и единственным звуком помимо нашего общего тяжелого дыхания стал принтер, который оповещал всех о том, что в нём закончилась бумага.

Стайлз, не поднимая головы, указал пальцем в сторону одной из полок и попросил Лиама добавить бумагу в лоток.

— Никто другой … — заговорил он, когда принтер, наконец, перестал пищать. — Никто, кроме тебя …

— Что? — переспросила Лидия.