— Но мы только начали поход! — разочарованно протянула Лина.

— Не беда! Лес большой, пойдём не на север, а на запад, разве это проблема? — зевнула Лиди. – Так, ребята сворачиваемся!

До вечера мы топали на запад. Солнце благополучно решило сказать нам: «хрен вам!» и ушло за тучи, накрапывал меленький дождик. Эд и Лиди шагали, ссутулившись под своими куртками, а мы с Линой носились по лесу, хохоча. У меня после давешней пробежки было прекрасное настроение, а Лина просто от леса в восторге. Продолжалось бы это долго, если бы подруга не оступилась на укрытом мхом бревне и с громким «УААА!» не шлёпнулась бы оземь. Пришлось заняться поисками водоёма, дабы отмыть это чудо моховое.

Нашли только к концу дня, зато какое! Живописнейшее озеро! Дикие пляжи, где не ступала нога человека были чистыми, берега покатыми, трава высокой, а громады сосен создавали естественный навес от дождя. Было решено разбить тут стационарный лагерь и остаться хотя бы на сутки, раз нашли такое чудное место. Меня назначили ответственной за хворост, Эда — ответственным за топор и отправили в лес, собирать топливо для костра. Я высказала робкое предположение, что этот герой может меня зарубить в азарте, но Лиди была неумолима: топайте вдвоём и всё тут!

— Кажется, твоя мама пытается нас подружить, — улыбнулась я, когда мы отошли от лагеря.

— Пусть пытается, это вряд ли будет прогрессивно.

Эд начал с упоением рубить какое-то несчастное бревно, под ритмичные стуки топора я шарила в поисках сухого хвороста. После дождя это сделать было не так-то просто, так что нам постоянно приходилось идти всё дальше в лес, чтобы найти относительно сухие дрова. Кое-как мне удалось насобирать хвороста аж на три вязанки. Я мучила четвёртую, когда услышала…

— Эд, хорош стучать! Ты слышишь?

Парень выпрямился и прислушался. Пару секунд висела звенящая тишина. А потом снова…

— Вот! Слышал? Там кто-то поёт!

— Ничего я не слышал, — пробурчал он.

Меня пробрало любопытство. Какой голос! Неземной, словно звон колокольчика, капели и… Чёрт, я не знаю, с чем это сравнить! Это прекраснее, чем звуки, издаваемые неуклюжим роялем! Это настолько чистое пение, от которого щемит сердце, кружится голова, а душа наполняется светом и лёгкостью. Ни в одном языке мира не нашлось бы слов, чтобы описать этот голос… Он заполнял каждую клеточку тела, я им дышала, он вымещал из головы все, абсолютно все мысли! Чёрт возьми! Как? Как я могла жить без этого голоса? Только бы эти звуки никогда не утихали, только бы эта лесная песня была вечной!

Ведомая жаждой узнать источник этого божественного пения я поспешила на голос. Я должна узнать, какое существо способно издавать такие неземные звуки! Ангел, ни больше, ни меньше!

— Марисса! Вернись! — Грубый и звучный голос Эда ворвался в моё сознание, как Слон под ЛСД вламывается в посудную лавку. Я лишь досадливо отмахнулась от него и поспешила дальше.

Мои шаги ускорялись, я почти бежала, голос был всё громче, всё прекраснее, он переполнял меня через край, мне было столь легко и хорошо, меня переполнял такой восторг, что я не выдержала, расхохоталась, не сбавляя шаг! Как же всё это прекрасно! И лес! И небо! И каждый куст! И даже этот недотёпа позади меня сейчас казался мне самым распрекрасным человеком! Даже деревья, которые цеплялись за мою куртку, мне казались восхитительными!

Сосны расступились, я оказалась на крохотной полянке. Прямо на земле посреди неё сидело прекраснейшее существо, которое мне доводилось видеть: невысокое, похожее на девочку создание с острыми ушками, зелёными длинными волосами, оливкового цвета кожей и изумительными серыми глазами. Это она! Она, она пела! Словно загипнотизированная я остановилась напротив неё. Создание посмотрело на меня с любопытством и оборвало свою песню. Я едва не зарыдала от того, что она замолчала. Но потом она сказала, нет, прощебетала своим неземным голоском:

— Ты почти человек! Как тебя зовут?

— М-меня? — я лихорадочно соображала, как же меня зовут. Сердце разрывалось от мысли, что я не смогу поведать этому созданию своё имя!

— Марисса! — Эд пёр где-то позади меня, пытался пробиться через бурелом, но его словно что-то не пускало.

— Марисса… — повторила я. — Меня зовут Марисса. А ты? …

— О, другие называют меня Пэл! — радостно сказала эта нимфа. Она окинула меня критическим взглядом и заявила. — Ты очень могущественная! Пэл это нравится! Ты можешь помочь Пэл!

— Помочь… Пэл… — бормотала я. Я совершенно ничего не соображала. Я знала только, что нужна этому хрупкому существу. — В чём?

— Пэл умирает, Пэл нужны силы Мариссы! У Мариссы их много, она может поделиться с Пэл.

Я чуть не заплакала от жалости к этому созданию. Силы? Ерунда, будут ещё! Я готова отдать ей их. Все! Да! Пэл нужнее… Иначе Пэл умрёт… Я должна… должна помочь ей… спасти…

Я не заметила, как вновь превратилась в лису. Ни одной человеческой мысли в голове не осталось. Я покорно подошла к Пэл, которая протянула свои тоненькие ручки ко мне. Я рада была помочь Пэл. Я готова была отдать ей всю себя, лишь бы это спасло её! Да, спасти Пэл! Именно так! Спасти… отдать… всю…