Шрифт:
Джереми, вскочив, вытащил из кобуры кольт старого образца. Задумчиво осмотрев количество патронов в барабане, он вздохнул:
— Мне хватит, чтобы отстреляться, но тогда на остаток пути мы останемся безоружны.
— Убежим! — воскликнул Эд, поднимаясь на ноги.
— Не вариант, ты не пробежишь и пары минут, как начнёшь задыхаться. Спрячемся пока, может, это просто патруль, они нас могли и не заметить.
Петляя между колоннами и рухнувшими стенами, троица побежала в обход руин. Серый песок предательски шуршал под ботинками Эда. Джереми и Джастин шагали бесшумно. Эд понимал, что Ангелы могут попросту увидеть оставляемые им следы на песке, чтобы найти их всех.
Прячась за полуразрушенной стеной, Джереми выглянул в оконный проём, отведя пальцем курок. Напряжение, висящее в воздухе, сгущалось настолько, что его почти можно было увидеть. Эд и Джастин сидели, затаив дыхание. Полыхнула молния, удар пришёлся в одну из уцелевших колонн. Грохот заставил путников подпрыгнуть от неожиданности. Эд чувствовал, как сердце в ужасе колотится в груди. Интересно, испытывают его спутники такое же неудобства? Шевелятся ли у них на затылках волосы? Подпрыгивает в испуге сердце, когда они боятся?
— Откуда у вас кольт? — шёпотом спросил Джастин.
— Ну, магии нет, а отбиваться как-то нужно. За пять тысяч лет сюда много всякого барахла втянуло. В том числе и оружие, — пожал плечами Джереми. – Нам, можно сказать, повезло. Сюда затянуло самого Сэмюэля Кольта. Он-то нас и научил эдаким приблудам типа огнестрельного оружия. Против Ангелов они бесценны, но когда их два-три. А не шесть. Проклятье, они нас учуяли!
— Учуяли?! — тупо переспросил Эд, когда отец, вздёрнув его за плечо, рывком поднял на ноги.
— Либо они чувствуют чьё-то отчаяние, либо реагируют на Око, не знаю. Бежим. Тихо и незаметно!
Им удалось незаметно проскользнуть через лабиринт обрушенных стен, когда раздался протяжный вой.
— Заметили, — процедил сквозь зубы Джереми.
— Что делать-то? — в который раз спросил Эд.
— Ну, я могу всадить в них всю обойму, но стрелять придётся безукоризненно, а шанс этого мал, — прошипел Джереми. — Или я могу отвлечь их на себя, а вы бегите.
— Чего? Нашёл время играть в героя! — возмутился Эд.
— У вас это семейное, — буркнул Джастин.
— Так! Бегите в обход галереи статуй! Мы и так время потеряли! Ну! Марш!
Джереми выскочил из засады и бросился куда-то влево. Снова раздался протяжный вой. Выглядывая из укрытия, Эд увидел, как два Ангела отделились от общей шестёрки и направились за отцом. Оставшиеся продолжали идти по следу, оставленному Эдом. Лафнегл не сдержал непечатного ругательства.
— Есть идеи? — спросил Джастин.
— Пока что только бежать, а потом придумаем на ходу.
— Хреновый план.
— Есть лучше? Тогда заткнись и побежали!
Парни сорвались с места. Вновь раздался протяжный вой, их заметили и теперь следовали за ними. Впереди маячила галерея статуй, но добраться до неё было тем ещё испытанием для задыхающегося Эда. Ноги утопали в глубоком слое песка, разъезжались, затрудняя бег. Джастин легко бежал, не проваливаясь, однако он остановился, схватил Эда за рукав и с силой рванул на себя. Эд ощутил это скорее как лёгкий толчок, но и то было хлебом.
— Это не дело, — выдохнул он, ощущая, как судорожно сжимаются его лёгкие.
Среди чёрных мраморных руин полыхнула молния. В её свете Эд уловил какой-то блеск краем глаза. Пошарив взглядом по пространству, он увидел под одной из стен кучей сваленное бронзовое барахло. Действуя по какому-то безумному наитию, Эд бросился к этой куче. Он уже слышал тяжёлую поступь Ангелов, следовавших за ними.
— Будем отбиваться! — заявил Эд, разгребая мятые блюда и кубки.
— Отбиваться?!
— Ага! А есть альтернатива? Да!
Победным жестом Эд вытащил из кучи два бронзовых коротких меча. Кажется, они называются «гладиус». Но, чёрт возьми, какая разница? Ему бы хоть палицу или дубину, чтобы отбиться от монстров!
— Держи! — прокричал Эд вручил Джастину один из мечей.
— Ты шутишь? Ты умеешь фехтовать? — опешив, проорал Джастин в ответ.
— Ну… Я фехтовал с мальчишками после школы на палках! Ладно, мы просто махали палками! Но это лучшее, что у нас есть! Просто тыкай их острым концом в грудь и не дай себя коснуться!