— Так. Чтобы закрыть Ловушку, мне нужно добраться до охраняемой сверхъестественной нежитью башни? Ещё и, небось, бежать придётся на самый верх, преодолевая немыслимые преграды?

— А ты умнее, чем кажешься, — хмыкнул Жан. – Да, юноша, всё верно. До башни отсюда часа два пути, у тебя будет примерно полтора часа, чтобы добраться до её вершины и разорвать связь Ловушки с её владельцем.

— А если я не успею?

— Твой «якорь», кем бы он ни был, тебя должен вытащить, иначе ты останешься здесь навсегда.

— Профессор Вилль! У нас новенький! — донёсся из-за двери мужской голос.

Вздохнув, профессор поманил за собой Эда и вышел из хижины. Какое же облегчение испытал парень, узнав в «новеньком» Джастина!

— Джас! Пресвятые чайнички! Как я рад тебя видеть! — Эд подбежал к хаффлпаффцу, хотел, было, броситься ему на шею, но затормозил на полпути. Что-то было во взгляде Джастина, что заставляло волосы на голове Эда шевелиться от ужаса.

— Здравствуй, Эд, — тускло ответил парень. Через него можно было увидеть мраморный узор развалившейся капители. Жутковато. — Как ты здесь очутился?

— За тобой сиганул, конечно! Идём, спасать тебя нужно, Джас!

— Зачем?

Эд оторопел от такой постановки вопроса.

— Ну… чтобы вытащить тебя наружу.

— Зачем? Какой смысл мне тащиться обратно?

— Так! Ну-ка, соберись, Джастин! — рявкнул Эд. О, он знал этот тон! — Мир прекрасен во всех его воплощениях! То, что тебе девушка не ответила взаимностью, не значит, что ты должен впадать в отчаяние! У тебя есть братик в том мире, есть семья! Ты им нужен! Чёрт возьми, да мы ради тебя выкрали артефакт из кабинета Дамблдора! Идём!

— Выкрали — молодцы. Закроешь Ловушку, значит. Будешь героем. А я тут останусь. Серый песок так воодушевляет.

— Джастин! — Эд начинал злиться. Он зарядил бы ему оплеуху, но был более чем уверен, что коснуться его не сможет. — Слушай сюда! Меня сейчас на «якоре» держит Марисса! Если бы мы её не отговорили, она бы сиганула за тобой сама! Ты ей нужен, парень! Она по-прежнему дорожит своей дружбой с тобой! Если ты распустил тут нюни, имей совесть собраться хотя бы ради неё! Она того стоит, поверь! Слушай, вспомни единственный девиз Мариссы! Чуть ли не заповедь, которой она научила всех нас! Ну же!

— Не сдаваться? — С лёгким недоумением спросил Джастин, поднимая глаза на Эда.

— Не сдаваться! Никогда не сдаваться! А ты что? Сдался? Чёрта с два, Джас! Не мог ты сдаться! Ради Мариссы, ну же!

Джастин устремил на Эда долгий-долгий взгляд, полный каких-то странных, сумбурных мыслей. В несколько секунд его лицо выразило скорбь, отчаяние, презрение и, наконец, надежду и недоумение.

— Возможно, ты прав, — сказал Джастин задумчиво. – Да, прав. Она того стоит.

— Ну, вот видишь! — обрадовался Эд такой лёгкой победе.

— Но я не хочу возвращаться. Я помогу тебе закрыть Ловушку, а там будь что будет.

Ответную реплику Эда прервал оклик профессора Вилля. Попросив Джастина не теряться, он подошёл к профессору. Печального юношу тут же обступили Марта и её подруга, втолковывая что-то об отчаянии, которое ни в коем случае нельзя испытывать.

Эд подошёл к профессору. Рядом с ним стоял молодой мужчина со светлыми растрёпанными волосами, шустрыми серыми глазами, трёхдневной щетиной. Увидев его, Эд снова забыл, в какой последовательности нужно вдыхать-выдыхать. Мужчина что-то рассказывал Жану о волнениях в рядах Ангелов близ башни и о рассыпающемся ветре.

— Нужно выступать как можно скорее. Люди из отряда Филлика будут ждать нас в миле от башни, — говорил он.

— Прекрасные новости, Джереми! — радостно воскликнул профессор. — Вот ты и Филлик нам и поможете! — он повернулся к Эду. — Молодой человек, знакомьтесь, это мой помощник, Джереми…

— Мы знакомы, — проговорил Эд сквозь зубы, сверля глазами мужчину. — Здравствуй, папа.

========== Часть 26. (Шаг второй. Могучий герой) ==========

Серый песок шуршал под ногами. Проходящие мимо души магов изумлённо оборачивались на путников. Не дольше, чем на миг в их тусклых безжизненных глазах вспыхивал интерес. Кто-то даже начинал тихонько шептаться. Путники старались не обращать внимания на бредущих вникуда волшебников. В конце концов, у них и без того было мало времени.

Эд прокручивал в голове наставление профессора Вилля.

«Во-первых, — говорил Жан Вилль перед уходом ребят, — забудьте даже такое слово, как отчаяние. Ни в коем случае нельзя даже помыслить об этом. Ангелы питаются отчаянием. Самых податливых они обращают в себе подобных, так что будьте внимательны со своими эмоциями».

Легко сказать. Эд покосился на понурившего голову Джастина. Местная атмосфера плохо на него влияла. С самого начала похода он не проронил ни слова. Хотя, если быть откровенными, каждый из них хранил молчание. По своим причинам.