Внезапно в дверь, мимо которой мы проходили, кто-то постучал. Громко, настойчиво, торопливо, словно стремясь снести дверь. Вскрикнув, я отшатнулась от двери, шагнула во тьму, выпав из овала света. Чьи-то руки обхватили меня сзади. Крик застрял в горле.

— Только посмотрите, кого сюда занесло. — Я содрогнулась, узнав голос. Во рту возник знакомый маслянистый привкус отвращения. Макнейр. — Как насчёт того, чтобы продолжить начатое? Ведь ты меня так бесцеремонно оборвала, куколка. Ты меня убила, помнишь? Я был в том вагоне, который ты опрокинула в бездну! Я и твоя подружка.

Эд напряжённо всматривался в темноту, пытаясь меня найти. Из тьмы за его спиной в кружок света шагнул Эйвери. Увидев его, я отчаянно закричала. Эд обернулся и поспешно увернулся от кулака Эйдана. Удар, пришедший в плечо, был столь сильным, что Эд тоже вылетел из круга света, пропав из моего поля зрения.

— Лафнегл! — Зачем-то закричала я.

— Цыц! — Рявкнул Макнейр, сильно тряхнув меня. — А может, продолжим то, что было в музее, м? Трахнуть дочку Блэков, вот так история выйдет!

Рука скользнула по шее вниз к вырезу платья. Мерзко. Мерзко. Мерзко! Я почти помирала от страха и отвращения. Я впилась в его руку зубами, с силой их сжав. Мерзавец только рассмеялся.

Где-то во тьме была слышна возня Эйвери и Эда. Оглушительно тикали часы. Казалось, их стук в самом моём мозгу. Бездействие было невыносимым. Я со всей дури оттолкнулась ногами от земли. К своему изумлению я почувствовала сильный рывок, после чего Макнейра буквально впечатало в стену. Взвыв, он отпустил меня и схватился за голову. Я мигом выпуталась из его рук. Около мерзавца валялась его волшебная палочка. Недолго думая, я схватила её и направила на валяющегося у стены Пожирателя Смерти. Тот только рассмеялся.

— Что ты мне сделаешь? Закруциатишь до щекотки? А? Маленькая, глупая мра…

— Авада Кедавра.

Заклятие сорвалось с уст сухим хладнокровным приказом. Рука не дрогнула, когда с кончика волшебной палочки сорвалась зелёная вспышка. Не без удовольствия я смотрела в остекленевшие глаза врага. В груди вскипало нечто, схожее с торжеством и ликованием. Холодная усмешка зазмеилась на губах. И только сердце колотилось в груди быстро-быстро. Вздрогнув, наваждение Пожирателя исчезло во тьме.

Я поспешно развернулась и побежала туда, где дрались Эд и Эйвери. Темно, хоть глаз выколи.

— Люмос Максима!

Холодный белый свет озарил коридор. С яростным рыком парни колотили друг друга. В какой-то миг Эд извернулся и пнул противника в живот. Задохнувшись, тот отшатнулся от него. Не теряя ни секунды, я направила палочку на Пожирателя и произнесла:

— Импедимента.

Эйвери отлетел к одной из дверей, виском приложившись о ручку. Образ его тут же дрогнул.

— Хватай его палочку, Эд! — рявкнула я.

Лафнегл стремительно бросился к исчезающему Эйвери, выхватил из его кармана палочку и поспешно отскочил.

— Идём, — отрывисто сказала я, увлекая Эда за собой дальше по коридору.

В голове птицей билась мысль. Чудовищная, злая, но казавшаяся до ужаса правильной:

«Если бы я убила его тогда, а не оглушила, Лина была бы жива. Он не схватил бы её за ногу в том вагоне, Лина не упала бы, она успела бы добежать до меня! Нужно было его убить! Сразу! Давно! И не только его! Всех! Сколько бед бы избежали!»

От возбуждения я едва ли не бежала. Эд едва поспевал за мной. Сердце стучало часто, громко. Вслед нам до сих пор доносилось тиканье часов. Тьма разбегалась перед огнями Люмоса, расползалась, обнажая новые и новые двери.

Внезапно в холодном свете что-то блеснуло на стене. Я остановилась. Вместо факела на одной стене висел револьвер на крючке. Я нерешительно переглянулась с Эдом. Тот хмурился и обводил взглядом пространство. Отойдя чуть дальше, он вздрогнул и побежал куда-то вперёд. Я поспешно схватила револьвер и бросилась за ним.

Парень стоял, как вкопанный. В руке он сжимал короткий бронзовый меч. Брови мои стремительно поползли вверх.

— Как это понимать? — пробормотала я.

— Видимо, придётся столкнуться не только с Пожирателями, — ответил Эд.

«Тринадцать ударов часам мертвеца! Тик-так! Тик-так! Безумье моё тяжелее свинца!»

Безумный смех заставил нас вздрогнуть. Тьма шевельнулась, приобрела человеческие силуэты. В свет вступили Беллатрикс и Йоре.

— Ку-ку, Блэк! — Пропела она. — Куда так спешим? Разве вы не хотите…