Сфера послушно пролетела сквозь стену и устремилась к соседнему дому. Отсчитав восьмой этаж, Настя полетела вдоль окон, заглядывая в каждое. Комнату Олега узнала сразу и тут же увидела его самого. Юноша сидел за столом и что-то рассматривал. Когда она оказалась в комнате, увидела, что он уставился в ее фотографию. Настя убрала сферу, но, для того чтобы обратить на себя внимание, пришлось заговорить.

– Давно так сидишь?
– спросила девочка.

– Ты?
– оторопел он.
– Точно, пошли глюки! Ну и ладно, пусть ты глюк, только не исчезай!

– Стукнуть тебя, что ли?
– задумчиво сказала она.
– Во всех книгах читала, что галлюцинации проверяют болью. Ты хорошо терпишь боль?

– Точно Настя!
– воскликнул Олег и вскочил, опрокинув стул.
– Как ты здесь очутилась?

– Сейчас вспомнишь, - сказала девочка и сняла блокировку памяти.

– Ты заставила меня забыть!
– возмущенно крикнул он.
– Кто дал тебе право копаться в моей голове! Почему ты меня оттолкнула? Ведь я тебе нравился, иначе ты бы меня не взяла на остров! Я тебя интересовал, а потом вдруг стал безразличен. Почему?

– Нравился, - согласилась Настя, - но ты неправ: у меня не было к тебе безразличия, просто ты меня обидел. Я открыла тебе свой секрет, хотя для меня это смертельно опасно. Если о моих возможностях узнают, я долго не проживу. Не ты первый, кому я доверяла, но все или забыли мои откровения, или получили магическое внушение. Ты говорил о правах. Любой человек вправе защищать свою жизнь, я это тоже делаю как умею.

– И чем же я тебя обидел?
– спросил Олег.
– Тем, что не поверил в твою сказку?

– Ты не поверил мне!
– крикнула она, и лежавшая на столе фотография вспыхнула и мгновенно сгорела.
– Я не сказала тебе ни слова неправды, наоборот, рассказала больше, чем говорила другим! Но они мне поверили, даже такой скептик, как мой дед, даже руководство государства! Сказка! Тебя бы засунуть в эту сказку, ты бы в ней долго не прожил! Слабак, который прячется за свой рационализм! Зря я сюда пришла. Не бойся, я больше не полезу в твою память, но внушение ты получишь. Оно никак на тебя не повлияет, просто не сможешь никому рассказать то, что обо мне узнал. А чтобы ты поверил, что это магия, а не гипноз...

В руке Насти появился меч, которым она изо всех сил рубанула журнальный столик. Девочка перестаралась, и заточенное до бритвенной остроты лезвие разрубило тонкую столешницу пополам. Вызвав сферу, она не стала возвращаться в квартиру, а перенеслась на остров. Сфера исчезла, а она упала на песок и заплакала так, как плакала в далеком детстве от боли или обиды.

"Наревелась?
– спросил Раш, когда она выплакалась.
– Иди умойся и будем возвращаться. И выбей платье и шлепанцы, а то натащишь домой песка, и Марк будет ругаться. Легче стало?"

"Я очень глупо себя вела?" - спросила Настя.

"Ужасно глупо, - ответил он.
– Все влюбленные женщины глупеют на глазах, а если у них это первая любовь, то вообще тушите свет!"

"Ты у нас большой знаток женской натуры", - выбивая из платья песок, съязвила девочка.

"О земной жизни я знаю все, что знаешь ты, - возразил Раш, - а ты прочитала уйму книг. А в империи я слушал не только лекции по магии. За двести лет чего только не услышишь, так что опыта у меня навалом, пусть даже чужого. Ты обиделась на недоверие и все решила за обоих, хотя для недоверия были все основания. Родные тебе поверили, потому что они тебя знали, а в ФСБ сразу не поверил никто. Но они там все прагматики, поэтому во главу угла поставили возможную пользу, да и приказ от зомбированного руководства сыграл свою роль. Поверили уже позже под давлением фактов, когда прослушали твой рассказ по десять раз. А ты показала Олегу только шар, а потом рассказала о богах и магии. Парень насмотрелся фильмов и начитался книг о пришельцах, поэтому и решил, что шар - это их аппарат, а рассказ... Не было у него ни времени для анализа, ни доказательств. Вот разрубленный стол это уже не гипноз. Интересно, как на порчу мебели отреагирует его отец".

"Я заплачу, - сказала она.
– Раш, ты не видел, куда делся один тапок?"

"Зарылся в песок, - ответил браслет.
– Наплюй, дома есть другие. Мойся и уходим, а то сюда кто-то плывет".

"Действительно парус, - всмотрелась Настя.
– Первый раз вижу на этих островах людей".

"Смотри, чтобы они тебя не увидели, - предупредил он.
– Зарывай второй тапок и уходим. Умыться можно и дома".

Настя вызвала сферу и после финиша во дворе полетела не в свою комнату, а в подъезд, а потом через входную дверь в прихожую. Из нее она вошла в ванную комнату, где умылась и помыла ноги.

– Ты вовремя, - сказала встретившая ее в гостиной мать.
– Оля с Марком обедают, так что присоединяйся к ним. И не ходи без тапок по полу.

– Куда это ты сорвалась?
– спросила Оля, когда Настя зашла на кухню.
– Сказала, что мешаю заниматься, а сама одела лучшее платье и улетела! И звонка тебе с работы не было!

– В самом деле, куда ты исчезла?
– спросила из гостиной мать.
– Обычно говоришь, куда уходишь, а сейчас улетела молчком. Неужели появился мальчик?

– Мне нужен не мальчик, а мужчина, - прикрылась шуткой Настя.
– И вообще за столом нужно есть, а не болтать.