Настя ушла в свою комнату и позвонила полковнику.

– Я сам не видел этого фильма, но уже в курсе его содержания, - сказал Дмитрий Павлович.
– Я вам уже говорил, чтобы готовились к славе. Нормально нашу затею не объяснишь и рты не закроешь. Не те времена, да и на Западе молчать не будут, тем более что обо всем известно американцам. Так что ваша безвестность продлится две-три недели. Мы это, естественно, предусмотрели. В первом больничном корпусе для вас заканчивают отделку четырехкомнатной квартиры. Через дней десять в нее можно будет въехать. Это временное жилье, поэтому мы ее меблировали сами. С питанием возиться не придется, потому что для вас будут готовить в больничной столовой. Скажете, что нужно, и они все сделают. Если вашей матери надоест сидеть за телевизором, она может поработать у нас. С вашим отцом поговорят и предложат поменять работу. Сестра от вас уходит?

– Да, она выходит замуж за вашего лейтенанта.

– Он такой же мой, как и ваш, - хмыкнул Зеленин, - а после свадьбы будет больше вашим, чем моим. Вы, Настя, теперь тоже наша, разве что вам из-за молодости лет не дали погон, а говорить об окладе при вашем богатстве просто смешно.

– Ну и зря, - сказала она, улыбнувшись первый раз за сегодняшний день.
– Царей записывали в полки с младенчества и давали чины, а мне скоро пятнадцать и в прошлом королева. А вы жадины, если пожалели для меня даже лейтенантские погоны!

– Я поговорю, - то ли в шутку, то ли всерьез ответил он.
– Что у вас с учебой?

– Завтра пойду договариваться о сдаче и попрошу, чтобы разрешили сдавать по два экзамена в день. Тогда за неделю разделаюсь с девятым классом и займусь десятым.

– А ваш друг?

– Ему еще долго готовиться. А почему вы спросили?

– Он не член вашей семьи, но он для вас дорог. Если за вас возьмутся всерьез, это могут использовать. Вы думаете, что они ограничатся одной встречей и этой визиткой? К сожалению, сейчас не прежние времена, и наши противники имеют здесь очень большие возможности. Вы первый раз за десять дней покинули дом пешком, а не в своем шаре, и вас сразу выследили и подвели людей из посольства. Вам это ни о чем это говорит? На полученную от нашего майора информацию обратили внимание и, видимо, часть ее смогли проверить. После этого стало несложно связать с вами строительство нашего центра. Вы там нигде не засвечены, но его назначение узнать несложно. Сказка о приборах, которые лечат все на свете, хороша для обывателя, а не для специалиста.

– И что делать?
– встревожилась Настя.
– Вы как-то можете помочь?

– Куда мы денемся?
– пошутил Зеленин.
– Будем опекать вашего бойфренда, а заодно узнаем тех, кто будет его пасти. Только вы его предупредите и о возможной опасности, и о нашей опеке. И вот еще что... Вы ведь будете к нему наведываться? Я так и думал. Его квартиру нужно защитить от прослушивания, поэтому пусть будет готов к визиту наших специалистов. Вы не были в Камране?

– Хотели погулять по берегу, но отец отсоветовал. Сказал, что могут увидеть с кораблей. Мы туда полетим, когда будет темно. Можете об этом предупредить?

– Мы это предусмотрели, - сказал Дмитрий Павлович.
– Ваш домик расположен далеко от стоянки кораблей и огорожен высоким забором. На базе много женщин, поэтому появление еще одной не привлечет внимания. В домике никто не живет, но он оборудован всем необходимым для жизни. На базе знают, что к нему нельзя приближаться, а вам из него не следует выходить. Если что-то нужно, позвоните по телефону и обработаете того, кто придет на вызов. Можете туда отправиться хоть сейчас, только учтите, что там все на четыре часа позже.

Второй звонок был другу. Настя хотела к нему прилететь, но дома был отец, поэтому Олег сказал, что придет сам. Когда он с очередным тортом появился в их квартире, девочка увела его к себе в комнату, выпроводив из нее Олю с домовым.

– Скоро обо мне все узнают, - сказала она юноше, - поэтому нам придется на время переселиться в лечебный центр. Я постараюсь каждый день тебя навещать. О тебе знают американцы и могут этим воспользоваться.

– Ты же им отказала, - сказал он.

– И что это меняет? Они узнали, что я куда-то пропала, а потом вернулась, наделенная невероятными способностями. Думаешь, хоть одна разведка мира пройдет мимо такого? Я вчера за несколько часов вылечила почти пять тысяч очень тяжелых больных. Полное исцеление будет через неделю, поэтому пока нет шума, но один фильм уже вышел, хотя я лечила всего три дня. Представляешь, что начнется, когда вылечившихся будут десятки тысяч? А ведь многие из них были обречены на смерть! Меня постараются чем-то взять на крючок, и необязательно это будут американцы, они просто знают больше других. Для тебя это тоже опасно, поэтому будешь ходить под охраной. Ты ее не увидишь, а если все-таки что-то заметишь, не дергайся. В вашу квартиру тоже придут и поставят защиту от прослушивания. Я могу защититься от него магией, но и техника не помешает. Ты еще не пожалел, что связался со мной?

– Зачем говорить глупости?
– сказал Олег и взлохматил ей волосы.
– Я буду с тобой до конца, каким бы он ни был! Очень надеюсь, что он будет счастливым. Эх, были бы мы с тобой старше!

– Молодежь, идите обедать, - из-за двери позвала мать.
– Все уже на столе.

– Пошли поедим, а потом слетаем в Камрань, - предложила Настя.

– У меня нет с собой плавок, - сказал Олег, - Надо будет за ними сбегать.

– Не нужно никуда бежать, остановила его девочка.
– Там был шторм, а может быть, штормит до сих пор. Наверное, вода еще грязная, поэтому мы просто осмотрим дом и погуляем по пляжу, а искупаемся в другой раз.

Все уже пообедали, поэтому они ели вдвоем. Когда закончили, Настя взялась мыть тарелки, но пришла мать и выгнала их с кухни.

– Ну и ладно, - сказала ей дочь.
– Мама, мы слетаем во Вьетнам, посмотрим, что там для меня приготовили. Я думаю, что это не займет больше двух часов.

– Купаться не будете?
– спросила мама.
– Это хорошо, а то мне за тебя страшно. Олег, присмотри за ней, чтобы никуда не влезла.

– Поспешим, - посмотрев на дверь в комнату Татьяны, сказала Настя.
– Если прибежит молодняк, попытаются упасть на хвост, а я сейчас хочу побыть только с тобой.