Солдат закивал и с тихим стоном пополз под вагон (простреленные и кровоточащие ноги причиняли сильную боль), а Барни уже разбирался с засовами и замками на другом вагоне, из которого доносился стук. Все эти задвижки и блокираторы никак не хотели поддаваться, но Калхун все продолжал пыхтеть над дверью. Наконец последний засов снят - дверь вагона тяжело отъехала в сторону. Внутри, на грубой подстилке из мешковины сидел какой-то ученый, который тут же вскочил.

– Кто вы?
– тревожно спросил он, странно поглядывая на Барни. Охранник вышлядел далеко не однозначно - ниже пояса все армейское, а выше - форма охранника. Шлема на голове уже давно не было.

– Офицер охраны Барни Калхун, исследовательское подразделение "Черная Меза", - Барни представился в полной форме, - Вы свободны.

Надо было видеть в этот момент лицо старика. Сначала в его глазах отразилось неподдельное недоверие. Затем этот взгляд уперся на два трупа позади охранника, и лицо ученого вновь ожило.

– Ваша фамилия не Розенберг?
– спросил Калхун, помогая старику спрыгнуть на землю.

– Что вы, молодой человек! Меня зовут Чак Форман. А вы что, ищите доктора Розенберга?

– Его самого. Вы его знали?

– Что значит, знал?!
– возмутился Форман, - Вы так говорите, словно он умер. Конечно же, я его знаю. Мы с ним работали вместе, когда вас еще даже на свете не было!

– Может, вы знаете, где он?
– с тайной надеждой спросил Барни.

– К моему великому сожалению, нет, - развел руками ученый, - Иначе мы с ним уже давно бы занимались подавлением резонансного каскада, дьявол его забери!

"Да-а, похоже, Чак Форман даже сейчас не забывает про свои научные штучки...
– подумал Барни".

– А зачем вам он?
– вдруг спросил Форман, пытливо глядя на Калхуна.

– А...
– Барни не был готов к этому вопросу, - У меня к нему дело...

Ответ был ужасно глупым. Но, как ни странно, Формана он удовлетворил.

– Я не знаю точно, но, похоже, военные взяли его одним из первых. Но, может, и дай бог, чтобы я ошибался. Скорее всего, он...

Глухой выстрел. На лицо Калхуну брызнула кровь. На глазах у остолбеневшего охранника Чак Форман грохнулся наземь с простреленной головой. Охранник в шоке выронил автомат. Но оцепенение длилось недолго. Калхун, научившийся быстрой реакции, юркнул под вагон. Нет... Так не должно быть. У него на глазах убили старика, и он ничего не смог сделать. Чак даже не договорил...

К неподвижному телу подошел человек. Калхун из-под вагона видел лишь зашнурованные до самого верха армейские ботинки и камуфлированные штаны. Было слышно, как военный усмехнулся. Ногой перевернул труп на спину. С возгласом самодовольного удивления поднял с земли автомат.

– Ну эти старички дают!

Похоже, там, откуда стрелял военный, Калхуна не было видно, и солдат сейчас думал, что ученый здесь просто стоял один, да еще и с автоматом в руках. Вокруг лежали еще два тела военных - наверное, солдат справедливо вообразил себе ученого, решившего поиграть в Рембо на старости лет.

"Ну, всё!
– злобно подумал Барни и тихо достал из-за пояса огромный револьвер, - Конец тебе, сволочь!". Военный медленно направился туда, откуда и появился - в железнодорожный туннель. Калхун с трудом взвел тугой курок револьвера. Прицелился - были видны лишь ноги и поясница. Что ж, и этого достаточно. Главное, не промахнуться...

Выстрел!

Солдат даже не услышал выстрела - кровь застучала в висках, когда в спину его ударило что-то тяжелое и невероятно сокрушительное. Он успел увидеть, как его живот выплюнул кровавые брызги и куски кишок, и упал на колени. И, уже падая лицом вниз, он попытался потянуться рукой к дыре в спине.

Калхун присвистнул. Помимо жутчайшей отдачи - ствол резко увело вверх - грандиозный револьвер стрелял не хуже винтовки BFG! Калхун удивился, как он еще смог попасть, и вылез из-под вагона. С сожалением обошел труп Чака и подошел к убитому только что солдату. Надо же - лейтенант. Рыбешка покрупнее рядового. Вот почему он стрелял в Формана так хладнокровно. Лейтенанта просто так, за красивые глаза не дают. Да и лейтенант уже был немолодой. Калхун хотел перевернуть тело ногой, так же, как это сделал лейтенант с Чаком, но сдержался и сделал это руками. Отобрал автомат, повесил на плечо. Обыскал - помимо бесполезной для него мелочевки вроде зажигалки, сигарет и каких-то ключей, он нашел нож и гранату. Гранаты он еще ни разу не использовал, и она отправился к двум своим собратьям. Нож был очень кстати.

Барни удивленно подумал, почему же тот парень под вагоном не выдал Калхуна, когда тот спрятался под вагон? А ведь мог бы. Легко. Но не стал. "Надо же, какой благородный!" - презрительно подумал Калхун и подошел к вагону.

– Эй, солдат!
– крикнул он, чуть наклонившись, - Спасибо, не выдал. Совесть заела, что ли?

Никто не ответил. "Неужели смылся?" - удивился Барни и нагнулся, заглянув под вагон. Военный был там. Он лежал в большой красной луже, зажимая ногу, и не шевелился. "Вот черт..." - Калхун вздохнул и поднялся. Поморщился и пусто поглядел на вагон. Этот человек убивал невинных. Ну и что с того, что он истек кровью и умер? Все это было верно, но Барни почему-то было жалко этого паренька...