— Джо, ты вся в крови.

— Отвези меня домой, — повторила она. Она не могла рисковать пропустить открытие портала. Ей нужно вернуться в свой мир.

— Тогда приведи себя в порядок. И если твой папа впадёт в бешенство, увидев твой вид, это будут твои проблемы.

3:55 УТРА

Несмотря на полдюжины таблеток адвила за несколько последних часов, в голове у Джози всё ещё болезненно грохотало. Её тело ощущало себя отравленным — вялым, тяжёлым и ноющим.

Израненным рукам ничего не помогало. Хотя ноксы, как назвал их Ник, нанесли на заднюю часть её шеи только несколько порезов до того, как она выбежала из леса, её руки выглядели, будто она провела три раунда боёв с газонокосилкой.

Большинство порезов были неглубокими, за некоторыми исключениями. И после мучительного часа в ванной, где она очистила глубокие раны и накрыла их бинтами, она решила, что они быстро заживут.

Но что за долбанные твари это были? Теперь-то она знала, что Джо пыталась ей сказать, когда они поменялись местами: не выходи из дома после захода солнца.

Да уж, спасибо за предупреждение.

За пять минут до открытия портала Джози была готова к переходу. Она переоделась в свою одежду, запихнула забрызганное кровью желтое платье и свитер Ника поглубже на дно корзины и оставила комнату Джо в том же виде, в каком она была до её прихода. В её мире теперь всё выглядит привлекательнее, чем раньше: развод родителей, причуды её матери, даже Ник и её социальный статус в школе. Всё это ерунда по сравнению с убийственными монстрами, живущими во тьме неподалёку от ярких огней комнаты Джо.

Она подумала, что могла бы загрустить из-за возвращения в её собственную жизнь, но когда поверхность зеркала покрылась рябью, Джози улыбнулась. Она была готова вернуться домой.

Ей хотелось ощутить свои привычные простыни, запах своего слегка повреждённого временем и дождями дома. Прежде даже, чем в зазеркалье проявился образ её комнаты, Джози протянула руку в мерцающую глубину стекла.

Джози почувствовала толстое и пористое внутреннее пространство портала. Она уже собиралась нырнуть сквозь зеркало и выйти в своей спальне, как её пальцы задели что-то твёрдое и грубое.

Ой.

Джози погрузилась глубже в клейкую субстанцию портала, пока её плечи не упёрлись в плотную поверхность. Она была твёрдой и тяжёлой, и её невозможно было подвинуть. Джози вырвалась назад, и изображение той стороны портала медленно обрело резкость. Серая бетонная стена.

Точно как в подвале дома Джози.

В одно мгновение Джози осознала, что случилось. Джо её обманула. Она легко обошла вниманием некоторые подробности её жизни здесь — надо полагать, паскудной жизни — и теперь, очутившись в мире Джози, она совсем не желала возвращаться.

Паника. Джози вытянулась вверх так далеко, насколько смогла, пытаясь нащупать край, хоть что-то, за что можно зацепиться пальцами и заставить зеркало отодвинуться от стены. Она погрузилась в портал и пыталась оттолкнуть заднюю сторону рамы прочь. Но рама не двинулась с места. Наверно, Джо надёжно придавила чем-то зеркало, плотно прижав его к бетону.

Зеркало снова заколебалось, и Джози вытащила себя из портала. Когда её собственное отражение чётко материализовалось на стекле, беспощадная реальность ударила её, как пощёчина.

Джози оказалась в ловушке.

ГЛАВА 25

6:55 УТРА

Джози не помнила, как она провалилась в сон, но её разбудил стук в двери.

— Вы уже проснулись?

Джози перевернулась в постели. В комнате было ещё темно, и её глаза были закрыты. Она вытянула руки над головой. То был сон — ужасный отчаянный кошмар.

Сейчас она дома в своей кровати, и мама пришла разбудить её, чтобы она не опоздала в школу. Слава Богу. Ещё один обычный день.

— Мисс Джозефина, ещё чуть-чуть, и вы опоздаете.

Мисс Джозефина? Глаза Джози распахнулись, и она осознала, что была в маске. В маске для сна Джо. Кошмар всё ещё продолжался.

— Мисс Джозефина? — Тереза раскрыла двери спальни. После паузы Джози услыхала её резкое восклицание:

— Ваши руки, мисс Джозефина! Что случилось? Вы в порядке? Если ваш отец увидит... — С каждым словом в её голосе всё сильнее звучала паника.

Джози спрятала руки поглубже под одеяло, чтобы Тереза не могла в полной мере оценить ущерб от полученных ран.