– Расслабьтесь. Если у вас встреча с агентом Барнсом, значит, вы заинтересовали бюро.

– Надеюсь, вы правы, – сказал он, поправляя галстук. – Я выпускаюсь в мае, это первая работа, что заинтересовала меня.

Фиби ударила Малдера по ноге так, чтобы привлечь его внимание.

– Посмотри на плакаты, – прошептала она.

Пустые глаза и холодные лица смотрели на них с плакатов РАЗЫСКИВАЮТСЯ ФБР. Малдер повернулся по кругу, разглядывая лица. Некоторые были знакомыми – Джон Уэйн Гэси, Убийца–клоун, которого поймали в прошлом году, он убил тридцать три подростка в Иллинойсе; Дэвид Берковиц, Сын Сэма; Эдвард Вейн Эдвардс, серийный убийца, который начал убивать снова, когда его освободили под честное слово. На некоторых плакатах был красный штамп: «ПОЙМАН».

– Эта комната будет сниться мне в кошмарах, – прошептал Гимбл.

Не Малдер.

Его шею покалывало, адреналин побежал по венам. При мысли, что таких монстров, как на плакатах, схватили, он вспоминал Саманту, Билли и Сару. Ловить монстров было важно.

– Минутку, – сказал юный агент, проводивший их сюда.

– Хорошо, – рявкнул Малдер, но агент уже отошел. Он едва успел заговорить, и дверь открылась, другой агент вышел поприветствовать их.

– Особый агент Джон Дуглас из отряда изучения поведения, – он протянул руку Биллу Малдеру, тот быстро пожал ее.

– Уильям Малдер. Я из государственного департамента. Кто–то из вашего офиса позвонил и попросил меня привести моего сына.

Агент Дуглас выглядел собранно, и это Малдеру нравилось.

– У меня назначена встреча с Гэри Винчестером…

– Это я, – шагнул вперед Гимбл.

– Рад знакомству, – сказал агент Дуглас Гимблу и продолжил разговор с отцом Малдера. – Особый агент Ресслер будет через минуту. Он будет говорить с вашим сыном.

Папа Малдера вздохнул, злясь на задержку.

Агент Дуглас проигнорировал его.

– Где твой отец, Гэри? Я говорил с ним недолго по телефону, а потом другие агенты говорили с ним у вашего дома.

– О. Он не выходит из дома, – сказал Гимбл, словно это было нормально. – Он сказал дать вам это, – он вручил агенту Дугласу листок, сложенный идеальным квадратом.

Агент ФБР вскинул брови и развернул его.

– «Я, майор Уильям Уайатт Винчестер, майор в отставке 128–го отряда воздушных сил США, даю Федеральному бюро расследований США разрешение допросить моего сына, Гэри Уильяма Винчестера 4 апреля 1979. Я не разрешаю агентам ФБР задавать моему сыну вопросы обо мне, моей работе. Искренне, майор Уильям Уайатт Винчестер».

Агент Дуглас почесал голову, глядя на записку.

– Я никогда такого не видел.

Гимбл пожал плечами.

– Ага. Мой папа любит делать по–своему.

– Обычно мы не принимаем документы без печати нотариуса или те, кто написаны маркером.

– Я ему говорил, но он не смог найти ручку, – объяснил он.

– Хорошо, – агент Дуглас указал Гимблу следовать за ним, открыв дверь. – Почему бы нам не зайти и начать, Гэри?

Дверь не успела закрыться, Малдер услышал друга:

– Кстати, все зовут меня Гимбл.

– Ты не говорил мне, что отец твоего друга ненормальный, – сказал папа Малдера.

Фиби мрачно посмотрела на него.

Но Малдер так просто это пропустить не мог.

– Не говори так о майоре. Он хороший. Мне все равно, что ты думаешь.

Его отец покраснел.

– Что ты сказал мне?

Малдер услышал, как дверь сзади закрылась, обернулся и увидел еще одного агента ФБР.

– Особый агент Роберт Ресслер, – агент подошел к Биллу Малдеру и протянул руку. – Я из отдела изучения поведения.

Отец Малдер представился, и Ресслер повернулся к Малдеру.

– Фокс, верно? – рукава агента Ресслера были закатаны, его рубашка была смята, словно он спал в ней.

– Можете звать меня Малдер, а это моя подруга Фиби Ларсон.

Фиби улыбнулась.

– Рада знакомству.

– У нас встреча завтра, мисс Ларсон, – сказал агент Ресслер.

– Значит, завтра мы увидимся снова, – сказала она.

Папа Малдера кашлянул и указал на открытую дверь за агентом.

– Покончим с этим.

Агент Ресслер вскинул руку.

– Я бы предпочел поговорить с вашим сыном наедине, если это возможно. Напротив хорошая кофейня. И там лучший шоколадный торт.

Билл Малдер хотел возразить, но Ресслер продолжал говорить:

– Уверен, в государственном департаменте вы работаете по часам.

– Я был в командировке, когда вы меня вызвали, – проворчал отец Малдера. – Я прилетел прошлой ночью.

Ресслер с сочувствием кивнул.

– Мы слишком много работаем. Устройте себе перерыв. Попробуйте торт.