Мы проследовали за Торином наверх, в спальню моих родителей. Наблюдая, как он осторожно положил папу на кровать, это напомнило, что он спас моего отца. Мама накрыла папу и откинула волосы с лица, ее движения были мягкими.

– Спасибо, - мама взглянула на Торина.
– Утром все будет хорошо?

«Почему она спрашивала Торина?»

– И ему будет нужно хорошо отдохнуть, - сказал он, - ему нужно успокоиться.

– Я прослежу за этим. Спасибо, - мама улыбнулась мне, но я не могла подавить чувство, что она больше беспокоилась о папе, чем показывала.
– Спокойной ночи, милая. Мы поговорим утром.

– Доброй ночи, - я поцеловала ее в щеку, потом подошла к папе и рассмотрела его лицо. Опустившись, приложила губы к его лбу.
– Доброй ночи, папочка.

Я осела у стены, закрыв дверь в спальню. Торин обнял меня и просто держал.

– Ты в порядке?
– спросил Торин.

– Нет, - я обняла его за талию. Медленно мы шли к моей спальне.
– Мы почти потеряли его раньше, и мысль потерять его снова... Я не знаю, что бы я сделала, если с ним что-нибудь случилось.

Торин поцеловал меня в лоб.

– Ты бы продолжала жить, потому что ты сильная.

Я откинулась назад и нахмурилась.

– Что это за ответ? Ты должен был сказать мне: «С ним ничего не случится», или что-то в этом роде. Он клей, который держит мою семью вместе. Мы едва успели сделать...

Торин приложил палец к моим губам.

– Успокойся, Веснушка, - он толкнул дверь в спальню и закрыл ее позади.
– Ты неправа. Ты клей, который держит вашу семью вместе. Я вижу это в глазах твоего отца и улыбке твоей матери, когда они смотрят на тебя.

– Ты действительно так считаешь?

– Я знаю. Теперь перестань говорить о своем отце. Я вернусь, как только поговорю с Эриком, - он поцеловал меня в губы и пошел к зеркалу; руны появились на его руках и на лице. Зеркало растворилось в портале, пока я не увидела ряд писсуаров. Он подмигнул и прошел через него.

Как только портал закрылся за ним, я пошла в ванную, чтобы смыть макияж с лица и почистить зубы. Я обыскала свой шкаф на предмет нужной пижамы - два кусочка ткани, из кружевного нижнего белья, который Кoра заставила меня купить. Она пылилась в задней части моего шкафа. Я надела её, изучила свое отражение и усмехнулась. Забралась под одеяло и стала ждать.

Секунды стали минутами, затем часами.

Я чуть не сдалась, когда в комнату влетел нежный свист теплого воздуха, и появился портал. Торин вошел в мою комнату, его глаза нашли меня. На мгновение время остановилось, улыбка исчезла с его губ. Интересно, о чем он думал. Возможно, у нас были одни мысли. Я хотела сорвать одежду с его великолепного тела и сделать действительно, неприличные вещи для него. Он переоделся в серые брюки и белую майку, которая открывала его мускулистые руки. Серьезно, он мог носить мешок и по-прежнему выглядеть сексуально.

– Как Эрик?
– спросила я, садясь.

Глаза Торина расширились. Он покачал головой.

– Он в порядке, но я не могу лечь к тебе, пока ты в этом.

– Что?
– я надулась.
– Что с этим не так?

– Где ты держишь свою настоящую пижаму?
– спросил он.

Я захныкала.

– Ты шутишь, что ли? Она настоящая.

– Это вызывающие вещи, о которых я не должен думать сейчас, - прорычал он, открывая мой гардероб. Он изучал полки с одеждой.

Я достигла своей цели. Я встала на колени на кровати и стала ждать, пока он развернется.

– Так что тебя останавливает?

– Я не сдерживаюсь, когда занимаюсь любовью, Веснушка, и я буду уверен, что ты этого не сделаешь, поэтому это не место и не время, чтобы сделать тебя моей.

Изображения мелькнули у меня в голове, и я усмехнулась. Не могла дождаться, когда стану его.

– Знаешь, это достаточно плохо, я не могу думать, когда ты носишь эту смехотворную пижаму, которую должны объявить вне закона. И не позволяй мне начинать лапать тебя, - он взглянул через плечо и сузил глаза.
– Убери эту улыбку с лица и скажи мне, где ты положила свою уродливую пижаму.

Я хихикнула. Не думать? О, мне нравится быть его девушкой. Он еще ничего не видел.

– У меня нет уродливой пижамы, но если предпочитаешь скучные, я кое-что найду.

– Нет, ты останешься. На самом деле, забирайся под одеяло и натяни его до подбородка.

– Ты нытик, - сказала я.

– А ты дразнишься и бесстыдна и ...
– он изучал меня.
– Соблазнительная. Может быть, это не такая хорошая идея.

– Да, это так, - последнее, что хотела бы, чтобы он ушел. Я скользнула под одеяло и подтянула его к подбородку, а затем выдала ему широкую улыбку.