— Если они преступники, докажите это. Если деятельность корпорации противозаконна, нужно подавать материалы в суд. Но пока это не доказано, с ними ничего нельзя поделать, — назидательным тоном произнес Плахов. Дальнейший разговор ему представлялся бессмысленным.

— Когда мы сможем что-нибудь доказать, будет поздно. Действовать нужно сейчас.

— Завтра приедет губернатор. У вас будет время, чтобы представить ему более убедительные доводы, чем мне. Я к этому не хочу иметь никакого отношения. Мне наводнения хватает. Завтра придется эвакуировать людей и взрывать тоннели метро.

— Если сейчас примем решение, возможно, ничего взрывать не придется, — стоял на своем Земнухов.

— Но вы же понимаете, что я ничего не могу! Делайте, что считаете нужным, только не впутывайте меня в это дело. Пусть губернатор разбирается… — Плахов поднялся, давая понять, что разговор окончен.

— Кстати, не забывайте, что завтра в двенадцать заседание штаба. Ваше присутствие обязательно. И не забудьте представить план мероприятий по соблюдению правопорядка на случай наводнения.

— Не забуду. У нас разработаны планы на все случаи жизни, кроме тех, которые действительно случаются. Спасибо за откровенно высказанную позицию, Александр Васильевич. Спокойной ночи! — Земнухов поднялся со стула и направился к выходу.

Плахов проводил генерала тяжелым взглядом. Власть — это нелегкое бремя. Сколько раз ему пытались выказать презрительное к нему отношение и свою независимость. Каждый считает начальство глупее себя и ничтожнее. Почему так, Плахов не понимал, но за годы работы в администрации хорошо усвоил правила аппаратных игр. И эти правила гласили: никогда не оставляй безнаказанными выпады против себя. Иначе люди почувствуют твою слабину, сядут тебе на шею, и будешь ты, Плахов, возить их на себе до самой своей пенсии, если, конечно, доживешь до нее в этих властных коридорах.

«Делай, генерал, что, что считаешь нужным. Закончим с наводнением, разберемся и с тобой. Проколешься на корпорации, подумаем о твоем соответствии занимаемой должности», — мстительно подумал Плахов. И все же слова генерала сумели зародить в нем какие-то смутные подозрения. Но сейчас на первом месте стояло наводнение. Противостоять стихии было не в пример труднее, чем делам человеческим.

Из служебного джипа Земнухов позвонил начальнику управления «К» по борьбе с преступлениями в сфере высоких технологий подполковнику Карлову.

— Что там у тебя, Геннадий Ильич? — спросил Земнухов. — Отключили эти игры?

— Никак не получается, Владимир Кириллович. Компьютер требует пароли. Очень сложное шифрование. Мы вскрыть пароли не можем, как и отключить сеть корпорации по всей стране.

— У вас время до приезда губернатора. Свяжись с главным офисом корпорации в Америки, спроси, что там у них происходит с этой игрой и как ее отключить.

— Я попробую, но мои полномочия…

— Во всем можешь ссылаться на меня. Я тебя прикрою в случае чего.

— Хорошо, Владимир Кириллович, попробуем связаться с Америкой. Смотреть даже страшно, что сейчас делается в этой игре.

— Вот и не смотри. Вырубай все это на фиг, и дело с концом. Пусть американцы разбираются. Нам свой покой дороже.

— Я все понимаю, Владимир Кириллович.

— Вот и ладно. Ночь у тебя есть. Завтра на штабе буду докладывать обо всем губернатору. Если что, звони мне в любое время.

— Слушаюсь, товарищ генерал.

— Да брось ты! — генерал нажал кнопку отбоя.

За окном машины мелькали огни ночного города. Земнухов хотел еще позвонить начальнику уголовного розыска и спросить, чего они там нарыли, но почему-то передумал. Тревожное подозрение, что во всем виновата эта чертова игра, не оставляло генерала.

В свои девятнадцать лет Коля Боровский не любил шумные компании и дискотеки. Отчасти подобное отношение к шумным увлечениям сверстников было следствием Колиной полноты и неуклюжести, за которую бывшие одноклассники прозвали его «Кола-Бора», отчасти оттого, что Колю больше привлекал совсем иной мир, мир, открывшийся ему в фантастических книгах, фильмах и компьютерных играх. Коля знал, что стоит ему придти на дискотеку или ночной клуб, как он станет посмешищем всего танцпола. Поэтому в последнее время всем подвижным и потным развлечениям Кола-Бора предпочитал клубы виртуальной реальности. Всего год назад ни о каком виртуальном пространстве не было и речи. Игровые компьютерные салоны были разрозненны, их хозяева только и думали о том, как бы выжать максимальную прибыль из своих быстро устаревающих и порой дышащих на ладан машин. Однако с пришествием в город корпорации «Давайте Играть!» ситуация в игровом бизнесе кардинальным образом переменилась. Корпорация повела агрессивную кампанию по скупке игровых и интернет-салонов. Корпорация не жалела средств, чтобы полностью овладеть местным рынком компьютерных развлечений. И это ей удалось. Уже через год почти все игровые и интернет-салоны принадлежали «ДиАй!».

Коля любил посещать один из таких клубов, находящийся в двухстах метрах от его дома. Можно было, конечно, войти в виртуальное пространство из дома, но мощность машин, установленных в клубе, и скорость соединения с сетью не шли ни в какое сравнение с возможностями его домашнего компьютера. Клуб назывался «У Дюка». У Коли в клубе была своя компания таких же, как он, увлеченных геймеров. Здесь никто не смотрел на Колину комплекцию, здесь все решала смекалка и быстрота реакции игрока. Этими качествами Коля не был обделен и быстро пришелся ко двору устойчивой местной команде. Он не раз выручал своих товарищей в трудных ситуациях, и его прозвище «Бора» произносили здесь совсем с другой, уважительной, интонацией.