— Мартин мертв, из Америки нам не отвечают. Звонили, отправляли письма и факсы — тишина. Может, там тоже происходит что-то подобное?

— Да, хорошо бы с этим разобраться. Нам можно пройти на рабочие места? — спросил Кадников.

— Конечно, для этого мы вас и пригласили. Только, учтите, у нас очень мало времени. Завтра прилетит губернатор и начнутся самые жесткие разборки по этому поводу. Вы уж постарайтесь что-нибудь до утра придумать. А то чует мое сердце, это добром не кончится, — сказал Карлов.

— Если потребуется отключить российский сегмент Сети, вы это сможете сделать? — спросил Кадников.

— Не знаю, от меня это решение не зависит. Это решение очень высокого уровня, — признался Карлов.

— Это может понадобиться, если другие средства не помогут, — пояснил Кадников.

— Попытайтесь сначала сделать все, что сможете, а там видно будет. Если потребуется какая-нибудь помощь, мы все здесь на месте до утра, — сообщил Карлов.

— Хорошо, — ответил Кадников. И программисты направились к себе на шестнадцатый этаж.

— Думаете, они справятся? — спросил Сумсков.

— Не знаю. Признаться, я тоже вижу лучшим выходом отрубить «Большого Брата», а если потребуется, то и весь российский сегмент сети.

Системный монитор пискнул в наушниках Класса и вывел на дисплей длинный список ошибок и сбоев. Программный монитор расписался в своей слабости и неспособности контролировать игру. Класс еще не успел прочесть эти сообщения, как все стало и так понятно. Полет тестеров внезапно остановился. Они повисли среди серого тумана. Затем лестница, вдоль которой они плыли, перевернулась. Вектор виртуальной силы тяжести сменился на противоположный, и тестеры с криками и воплями полетели вниз.

Внизу зияла черная пустота. Полет все ускорялся, черная дыра затягивала их с невероятной силой.

— Что такое, Класс?! Что происходит?! — в наушниках звучали встревоженные вопросы.

Виртуальная реальность в очередной раз вышла из-под контроля. Класс лихорадочно пытался найти решение. Его руки бегали по клавиатуре. Все надеялись только на него, а он сам не знал, что делать. Системный монитор отказывался выполнять команды. Тестеры продолжали падать в черную дыру. Монстры, стоящие вниз головой на лестнице, ехидно скалились. Они даже перестали плевать огнем, а только смотрели, как эти нахальные человеческие существа летят навстречу собственной гибели.

«Сколько еще? Сколько осталось?» — каждый задавал себе этот вопрос. Их переиграли. Чужой разум вновь овладел виртуальной реальностью. Он мог запросто уничтожить их, швырнув на камни или в программное ничто.

— Класс, невесомость! — крикнул Новик в надежде, что Класс поймет его мысль.

Невесомость могла бы стать их спасением. Новик не знал, что Класс уже пытался проделать этот трюк, но у него ничего не получилось. Наверху по-прежнему светился серый туман. Архитектура в этом плане замка не изменилась. Перевернулась только лестница и вектор силы тяжести. Но размышлять об изменившейся физической модели было не время. Нужно было спасать свои задницы. Самое простое решение пришло Скаржу.

— Цепляйтесь за лестницу! — крикнул он.

Совершая кульбиты как заправские парашютисты, тестеры зацепились за лестницу. Оказалось, что лестница обладает собственной гравитацией. Монстры стояли на лестнице вниз головой и не думали падать. Завидев тестеров, они злобно взревели и кинулись наперехват.

— Огонь, мужики! Не спите! — первым очнулся Фриз.

Бластерные пушки ударили в бегущий косяк монстров. Монстры покатились вверх по лестнице горящими факелами. Тестеры вскарабкались на лестницу. Стоять вниз головой было непривычно, зато лестница притягивала их и не давала падать. Вот только понять, где теперь верх, где низ, было проблематично.

— Что с монитором? — спросил Фриз.

— Конец монитору, — ответил Класс. — Больше мы не контролируем эту реальность. Какой-то червь проник в программу и полностью вырубил монитор. Монитор надо устанавливать заново.

— Это бессмысленно. Они все равно не дадут нам контролировать игру. Здесь нужно какое-то другое решение, — сказал Лева.

— Ну и какое? — спросил Фриз.

— Нужно овладеть законами этого мира. Вспомните матрицу.

— Но эта программа не поддается! Матрица в этот раз сильнее, — констатировал Класс.

— Кое в чем мы можем оказаться сильнее и победить ее, — сказал Лева.

— В чем?

— Есть законы физиологического и психического восприятия, которые мы можем изменить.

— Что ты имеешь в виду?

— Глаз воспринимает движение как непрерывное со скоростью двадцать четыре кадра в секунду. Двадцать пятый кадр не воспринимается глазом, но остается в сознании. Но после некоторой тренировки можно научиться различать и более быстрые процессы. Если мы научимся воспринимать все быстрее, чем нам показывают здесь, время замедлится. Оно замедлится для демонов, и против этого они ничего не смогут сделать.