— Не знаю, — признался Вик. — Может быть, их больше десятка, а может быть и больше сотни, но уж точно не миллионы, и не тысячи.

— А почему так мало? — засмеялся Майк. — Если планет пригодных для жизни много?

— Я думаю, что не на всех планетах смогло появиться существо, обладающее разумом и развитой душей, — сказал Вик. — Разум есть у многих животных, и он ненамного отличается от человеческого. Разум, это результат программы, усложнение живых существ автоматически приводит к появлению разума. Но появление бога гораздо более сложная задача.

— Тоже понятно, — улыбнулся Майк. — Итак, к нам пришел с другой планеты бог. Интересно зачем?

— Увеличить шансы появления нового бога, — сказал Вик. — Помочь развиться душе у разумного существа.

— Пусть будет так, — сказал Майк. — Итак, появился бог, и что же он сделал, чтобы появилось это разумное существо с душей? Я надеюсь, ты говоришь о нас, людях?

— О нас, — вздохнул Вик. — Я думаю, бог долго выбирал из того обилия живых существ, которые уже существовали на этой планете, чтобы найти то, которое могло бы развиваться дальше.

— И выбрал обезьяну? — улыбнулся Майк. — Неужели не нашлось никого лучше на нашей земле?

— Я не знаю, какими критериями он пользовался, — пожал плечами Вик. — И даже не знаю, ошибся ли он, или это было единственно правильным решением?

— Замечательно, — сказал Майк. — Итак, он выбрал обезьяну, и что же он с ней сделал?

— Если верить библии, то создание Адама и Евы происходило в лаборатории под название Рай, — улыбнулся Вик. — Но я уже об этом тебе рассказывал…

— Рассказывал, — засмеялся Майк. — Но продолжай….

— Он многое изменил, — сказал Вик. — Если верить ученым, то наш геном меньше, чем у обезьян, потому что бог убрал из нас часть генетической программы. Он убрал у нас шерсть, и мы стали беззащитны перед зноем и стужей. Он убрал у нас хвост, и нам стало трудно жить на деревьях.

— Насчет хвоста он переборщил, — засмеялся Майк. — Это было уже лишнее.

— Он сделал все, чтобы сделать нас как можно менее приспособленными, — сказал Вик. — Но в то же время изменил нам душу, чтобы она могла нести память из одной жизни в другую. По большому счету, единственное, чем мы отличаемся от животных, то только тем, что способны накапливать знания и передавать их друг другу.

— Ладно, — сказал Майк. — Пусть так, но только для чего он все это сделал?

— Ему нужно было сделать так, чтобы наш мозг стал более активным, чтобы мы стали им пользоваться для того, чтобы выживать, — сказал Вик. — Адам и Ева, покинув Рай, оказались совсем неприспособленными к жизни. Их кожа была обнажена, ее немилосердно жгли солнечные лучи, и поэтому первое, что они сделали, это изготовили себе одежду из фиговых листьев, взамен той шерсти, которую они потеряли.

— Насколько я помню, — сказал Майк. — Из рая Адама и Еву прогнали, в результате интриг некоего змея…

— Наверно, так оно и было, — улыбнулся Вик. — Насчет змея я не уверен, но то, что Адаму и Еве не хотелось уходить из рая, в этом я не сомневаюсь. Да, и глупо было бы уходить из места, где всегда есть еда и вода, где нет хищников, где всегда тепло.

Но бог выгнал их оттуда. И мы до сих пор мечтаем о том, чтобы снова оказаться в раю.

— Это точно, — согласился Майк. — Было бы совсем неплохо жить с любимой женщиной там, где всегда есть еда и питье, и всегда тепло.

— Вот-вот, — сказал Вик. — Но бог выгнал первых людей из этого места, и тогда все и началось. Еды нет, питья нет, вокруг хищники, а на дерево не залезть, чтобы спрятаться от них, когтей нет на ногах и руках, да ещё и хвост потерян.

— Совсем плохо было без хвоста, — улыбнулся Майк. — А теперь даже и деревьев нет, куда бы можно было залезть. Бог сделал свое черное дело.

— Если ты задумаешься над этим, то поймешь, что в первую очередь Адам и Ева пытались изготовить замену того, что было потеряно в результате изменения программы, — сказал Вик. — Сначала одежда, потом каменные ножи и копья…

— И результат мы видим перед собой, — сказал Майк, показывая на разбитые машины, перегородившие им путь. — Сделав нас слабыми, он заставил нас изобретать оружие, все лучше и мощнее, чтобы защитить себя, а в результате мы себя сами уничтожаем.

— Вот станешь богом, тогда и будешь критиковать, — сказал Вик. — Посмотрел бы я, какие изменения ты стал бы делать с обезьяной…

— Станешь тут богом, — пробурчал Майк. — Тут бы только выжить.

— Надеюсь, теперь ты понимаешь, что он просто хотел заставить нас думать, — улыбнулся Вик. — Есть только один путь эволюции, это путь преодоления трудностей, только это может сделать тебя богом. Если ты хорошо приспособлен к тому, что тебя окружает, тебе не нужно думать. Если у тебя все хорошо, ты не будешь ничего делать.