Бросив на меня злобный взгляд, она уехала, оставив на душе неприятный осадок своим появлением.

***

– Энтони, Рэджинальд, вы уверены? – сэр Артур беспокойно посматривал на меня и учителя, которые готовились войти в разные камеры с ремесленникам, - мы с ними ещё не закончили, так что очень бы не хотелось потерять их.

– Спасибо, что хоть не сказал, что они нам могут повредить, - учитель подмигнул мне и стал серьёзнее, - Артур не волнуйся, мы с Рэджи подготовились и точно знаем уровень и возможности этих людей. Мы не принесём им смертельного вреда, они же нам вообще ничего не смогут сделать.

– Хорошо, но всё же я поставлю двух ремесленников и врачей со снотворным, если они начнут буйно себя вести, - его волнение было понятно, из этих двух подросток они тянул и тянул информацию, распутывая гигантский клубок существующего заговора против налоговой системы империи. По подсчётам чиновников, такой неконтролируемый государством оборот душ выливался казне примерно в пол миллиарда гиней в год, что являлось гигантской суммой и услышав о которой, император приказал разобраться с ситуацией окончательно.

Скрипнув, металлическая дверь открылась и я вошел в комнату, похожую на ту, что я видел тут в Воксхолле ранее – белая плитка облицовывала стенам, пол и даже потолок. Газовая лампа укрывалась в нише потолка и была укрыта не только плафоном, но и мелкой решёткой. Внутри за знакомым мне вмурованным в пол столом и стулом сидела девушка, обе руки которой были также прикованы в ручкам стола, и были покрыты чёрной тканью.

Она испуганно подняла на меня лицо и первое, что бросилось мне в глаза – это пара желтеющих синяков. Лицо девушки было ничем не примечательно: узкие скулы, чуть заострённый нос и маленькие уши, которые были сильно прижаты к голове. Короткая мальчишеская стрижка и бегающие глаза дополняли картину. Она не была красавицей, но симпатичной в принципе девушку можно было назвать. Пока я осматривал её, она бросала быстрые взгляды мне за спину, где виднелись врачи и полицейские, только когда дверь за мной закрылась и я вошел внутрь, она немного успокоилась и осмотрела меня, оценивающе прикидывая что-то в уме.

– Ты ещё кто? – наконец спросила она чуть хрипловатым голосом.

– Зови меня Рэджинальд, - я подошел к столу, достал ключ от наручников из кармана и отстегнул сначала одну её руку, затем вторую и сев напротив. Глаза девушки сверкнули торжеством, она резким движением сдернула с правой руки плотный тканевый мешок, зубами потянула на себя перчатку под ним и дотронулась голой рукой до моей кисти, которую я демонстративно положил на стол. Единственное, что я почувствовал – это слабенькую волю, которая дёрнувшись, попыталась потянуть на себя мою душу. Наверное тоже самое чувствовал в своё время Кукольник, когда напитанный аурой замученной девушки, с превосходством смотрел за моими жалкими потугами.

Девушка от предпринимаемых усилий закусила до крови губу, а на лбу появилась испарина.

– На вторую руку, может лучше получится, - сказал я, кладя вторую руку на стол, чтобы дать ей больше возможностей.

Она поняла иронию и с проклятьем оторвалась от меня.

– Кто ты?! – она со злостью скрестила руки на груди, - что тебе надо?

– Хочу, чтобы ты рассказала мне, чему вас обучал Учитель, и лучше всего, если это будет в подробностях.

– С чего это ты решил, что я буду тебе помогать, идиот? – она рассмеялась каркающим голосом.

– Похоже ты ещё не поняла с кем имеешь дело, - я посмотрел на неё как на пустое место, - тогда одна маленькая демонстрация.

Мы с учителем придумали одну маленькую хитрость, когда экспериментировали с обрывками чужих душ, полученных от Мэтта. Мы не могли влиять на обрывок его души, но зато могли подмешать в эту связки свою, причем предварительно раскачав её колебания до такой степени, что она разрывала всё, к чему прикасалась в чужой ауре, пока хватало энергии на эти множественные колебания. Так что я так и сделал, взяв часть своей ауры и заставив её колебаться, добавил в мешанину ауры тысяч обрывков душ, сидящей напротив девушки.

Результат оказался таким, каким мы и думали – очень скоро девушка стала бледнеть, испуганно озираться по сторонам, а из носа, ушей, глаз показалась кровь. Почти сразу после этого она закатила глаза и соскользнула со стула, упав на пол.

Я взмахнул рукой, показывая жест по которому в камеру должны были войти врачи и полиция, в случае проблем и пока врачи приводили её в порядок, полицейские снова одевали ей перчатки и мешки на руки, приковывая их к столу. В дверь заглянул один из ремесленников, сверкнув зеленью монокля, осмотрел девушку и удивлённо посмотрел на меня. Я достав камень ранее уже видел, что произошло с её аурой после моего вмешательства, поэтому разделял его эмоции, но не показывал их. Вместо тысяч обрывков смешанных душ, теперь в ауре девушки было только две составляющие: её целая и неотъёмная душа, а также словно гранью между водой и воздухом души других людей, которые сейчас сливались между собой, ассимилируясь и образуя единую ауру. Словно две грани - чёрная и белая, вот как выглядела сейчас её душа.

Врачи привели наконец девушку в чувство и удалились, оставив нас одних. Диана не смотря мне в глаза, стала постоянно ёрзать на стуле, явно чувствуя себя неуютно.

– Повторю свою просьбу, - я спокойно посмотрел на неё, - расскажи мне, чему тебя учили.

В этот раз она не была такой же дерзкой как вначале, отвечая мне, так как текущее состояние ауры, которая пыталась хоть как-то прийти в себя после полученного шока от трансформации сказывалось и на девушке: она ёрзала, пытались почесаться и было такое впечатление, что по её телу бегали тысячи муравьёв, которых она пыталась раздавить.