– Не густо, – вздохнул Вова, глядя на счётчик заполнения.

– По-моему, даже много. Они почти не общались, – Вил прошёл в кабинет, за ним, пропустив вперёд Татьяну, поспешил Берн.

– Я всё записала… здесь уже готовый анализ, я потому и задержалась.

– Уже и анализ?

– Разумеется, – я же работала, а не просто так…

– Ладно, посмотрим… – Вил снова уселся к компьютеру, втолкнул кассету в приёмник, пробежал пальцами по клавиатуре, – пусть думает, а мы пока поговорим, пожалуй.

– Поговорим. – Кивнул головой Берн и оба посмотрели на Таню.

– Говорить я должна?

– Да, Танюша. Машина машиной, а как он тебе… вообще? Без всяких анализов, – чисто эмоционально?

– Очень сексуален. Ты это хотел услышать?

Вил потрогал усы и промолчал, глядя куда-то вниз.

– Ладно, извини… но вы, ребята, теперь – особы, приближённые к императору. Много знаете, а от меня ждёте рецепты.

– Ты знаешь о решении Совета?

– То же, что и все, – пожала плечами Таня.

Вил рассказал ей о первом сборе группы. Только про доклад Зелёного он старался говорить подробно, остальное – в общих чертах.

– Значит, меня тоже привлекаете. – Она сразу стала серьёзнее. – Но я практически не информирована, поэтому не могу дать никакого заключения.

– Вся наличная информация в машине… кстати, – у нас появился результат. Действительно много, – почти семьдесят процентов. Но что-то я в нём сомневаюсь.

– Это милицейская программа?

– Да.

– Я немного знакома. Боюсь, в данном случае программу применять нельзя. По крайней мере, нужно дать ей дополнительные вводные. Вообще, вопрос очень сложный.

– Почему? Как-никак это профессиональный анализ… почему сомнения?

– Подвергать сомнению нужно всё, кроме мнения действующего начальства, как Ёлка говорит. Программу составляли в расчёте на современного человека. Волк уникален. Боюсь её вообще нельзя настроить на такой вариант. Лучше всего вообще не учитывать мнение машины.

– Даже так?

– Даже так! Знаете, мальчики, я перепишу данные и немного с ними поработаю. Кто ещё, кроме меня есть из спецов?

– Это к Петру.

– Хорошо, я с ним свяжусь. Завтра, к вечеру будут предварительные результаты.

– Нет, Танюша, так дело не пойдёт. Вася, кажется, психует. Начальство в лице Кудринки своё мнение держит при себе, или не имеет его вовсе. Своё мнение у нас есть, но… сама понимаешь. Твоё слово может стать решающим. Бить или не бить? Вот в чём вопрос!

– Я скажу, Вова. Не бить! Но учти, – это непрофессионально – просто эмоциональная реакция.

– Спасибо и на этом. Передам твою озабоченность Петру. И твою эмоциональную реакцию тоже… она потрясающе совпадает с моей.

Глава 16

– Нет, на похоронах её не было. – Ответила Крис на немой вопрос Сергея.

– Может ты просто не узнала её? Трудно узнать человека по одному описанию.

– Нет, точно не было. Не волнуйся, – я знаю, о ком ты говоришь. НОК-центр не такой уж и большой. Не нужно смотреть на меня такими глазами.

– Какими?

– Ты мне не доверяешь.

– Я сейчас вообще никому не могу доверять.

– А я не могу тебя успокаивать, иначе ты точно сбежишь и наделаешь глупостей. Почему ты не хочешь мне сказать, зачем тебе Татьяна?

– Просто она хорошо знает Вила с Вовой. Через неё я мог бы встретиться с ними. Их самих могут контролировать, как людей, заинтересованных в моей персоне. А вот Татьяну – вряд ли. Она формально, конечно, мой психолог, но фактически мы с ней не работали. Хотя это тоже глупо… кроме того, раз она – мой психолог то её мнение обо мне будет там не последним. В общем, я рассчитываю на этих людей просто потому, что мне не на кого больше рассчитывать. Я не хочу бегать – меня вынуждают! Понимаешь?

– Я Васю видела.

– Говорила с ним?

– Куда там! Он от меня, как чёрт от ладана рванул. А может и правда – не заметил.

– Это, конечно не моё дело, но что у вас с ним за конфликт?

– Я давно мечтаю, чтобы кто-нибудь в него влез. Конфликт глупый, – Васю терзают муки и страданья по поводу моей невинной души. Он продолжает считать меня-то ли маленькой девочкой, то ли взрослой авантюристкой или ещё кем. Всё время рвётся меня защищать. Ой, не хочу я про это…

– Похоже, со мной тоже самое.