Мы вышли в пространство на следующий день. Линкоры шли, выстроившись в боевой порядок, транспортные корабли находились у них в трюмах, будучи в полной безопасности, равно, как и моя «Синяя молния». Мы и две эскадрильи истребителей должны были прикрывать транспорты при проходе сквозь оборонительные порядки имперцев. Пока же наша небольшая группировка находилась в трюмах больших кораблей. По моему плану, войдя в пространство, контролируемое имперскими кораблями, линкоры отвлекут силы имперцев на себя, что поможет нам проскользнуть на планету.

Начался разгон до гиперскорости. Это был самый обыкновенный разгон, каких в моей жизни было уже очень и очень много. Как я уже говорил, «Синяя молния» находилась в огромном трюме одного из линкоров. Это было «Противостояние», а сами мы были временно расквартированы по каютам этого огромного боевого монстра. Мы проводили всё время на мостике этого огромного боевого корабля, этой сверкающей противорадиационной защитой машины уничтожения, чтобы не пропустить ничего важного.

И вот, когда были проверены и перепроверены все расчёты, капитан Диккенс недрогнувшей рукой вверг свой линкор во мрак гиперпространства. Звёзды на обзорных мониторах вытянулись в толстые белые полосы, а потом наступила тьма. Мы неслись быстрее света…

Сам гиперпереход тоже был самым обыкновенным – в моей жизни были уже сотни таких гиперпереходов. Мы вышли в нормальное пространство на границе действий имперских сенсоров. Тотчас экипаж «Синей молнии» занял места по боевому расписанию на мостике крейсера, и нас вывели в открытый космос, вместе с транспортниками. Линкоры пошли вперёд – «завязывать более близкие отношения с кораблями противника», как выразилась Изабелла де Круа. Мы должны были ждать, пока силы Империи настолько увязнут в стычке с нашими линкорами, что на нас у них уже не хватит никаких сил.

На мой командирский монитор непрерывно поступала телеметрия с каждого линкора, так как я всё-таки был главнокомандующим в этой операции, и только я имел право отменить её, если бы что-то пошло не так. Наконец, линкоры перешли в зону действия имперских сенсоров. Сразу им на перехват были высланы имперские ударные крейсеры малого радиуса действия – небольшие (по сравнению с линкорами) корабли клиновидной формы, которая была, скорее, данью традиции – эти корветы не могли входить в атмосферу планет, и, тем более, производить на них посадку. корветы были знамениты своей живучестью. Ну, что ж, я приготовил им настоящее испытание.

Как я уже говорил, тяжёлый линейный корабль – самое мощное орудие разрушения, которое когда-либо создавалось человечеством. Сумма самых современных технологий, полученных от Империи и Галактического Центра, плюс собственные, земные разработки – вот что представляет собой линкор класса «Планетоубийца», который по своим показателям превосходил даже знаменитый имперский «Звёздный разрушитель» – основной имперский ударный линейный корабль. Конечно, на наше счастье, разведка донесла, что в районе операции «Звёздных разрушителей» замечено не было. А, что касается атаковавших «Планетоубийцу» корветов, то они просто были обречены – один «Планетоубийца» был в состоянии размолотить пять-шесть корветов. Конечно, он и сам получил бы при этом некоторые (и немалые) повреждения, но все его противники были бы уничтожены.

Началась дуэль между выдвинувшейся вперёд «Тигрицей» и одним из корветов. Несмотря на то, что «Тигрица» была лучше вооружена и защищена, её противник был более быстрым и манёвренным, что, в каком-то смысле компенсировало недостаток брони и огневой мощи этого корабля. Естественно, что имперскому кораблю приходилось всё время маневрировать, что, в свою очередь заметно снижало эффективность огня его орудий. Так как радиус действий орудий корвета заметно уступал радиусу действия орудий «Тигрицы», капитан Скалли пока просто играла со своим противником, как кошка с мышкой. Все же выстрелы имперского корабля без особых последствий гасились силовым полем «Тигрицы».

После того, как на моих сенсорах появились все корветы противника, мне оставалось только присвистнуть.

– Капитан, не свисти, денег не будет, – сказала Изабелла де Круа.

– Да ты только посмотри, сколь их там, – прошептал я.

– Думаешь, дредноуты с ними справятся?

– Уверен, – несколько дрожащим голосом ответил я.

После того, как корветы достигли численного преимущества, они все вместе напали на «Тигрицу». Линкор вёл шквальный огонь из всех своих установок, и первому корвету приходилось уже несладко. Имперские корабли присоединились к повреждённому корвету, сконцентрировав весь свой огонь на «Тигрице». Конечно, им удалось суммировать мощность своих орудий, но, суммировать мощность своих щитов они не могли…

«Тигрица» метким выстрелом добила первый корвет и переключилась на следующий. Остальные линкоры ударной группы присоединились к «Тигрице», и основное сражение началось. Космос озарился вспышками турболазеров и лазерных орудий, как с той, так и с другой стороны. Пока всё шло по моему плану. Я выждал ещё несколько минут, пока имперцы увязнут в бою, как следует, а потом произнёс в свой микрофон:

– Итак, пришло наше время, леди и джентльмены! Вперёд!

Истребители выстроились в трёхгранную пирамиду, на острие которой были «Синяя молния», а внутри – транспортники, после чего вся наша армада понеслась по направлению к планете Солис У. Так как большие имперские корабли были сейчас заняты с нашими линкорами, опасаться нам было практически некого, ведь эффективность боевых станций против манёвренных целей не очень высока, а с истребителями мы должны были как-нибудь справиться…