Судя по летящей походке Дорана, он был возбужден не меньше, но насколько именно стало понятно, лишь когда он развернулся и сгреб Солару в объятия, оторвав от пола. В ушах зазвенел его смех, и она застыла. Никогда прежде он не проявлял такого восторга, даже во время футбольного сезона в академии. Подобная реакция заставила и Солару хохотнуть, но она уверила себя, будто покалывание в животе вызвано адреналином, и ничем иным. 

– Обалдеть, вот это поездочка. – Вернув Солару на пол и удерживая руки на ее бедрах, Доран чуть отстранился и уставился на нее одним заплывшим глазом. – Невероятно, да? 

Стоило взглянуть на него при хорошем освещении, и улыбка сползла с лица, а покалывание в животе превратилось в болезненный спазм. Полумрак челнока скрывал масштаб повреждений, но теперь Солара отчетливо видела, что глаза Дорана превратились в щелки, а нижнюю половину его лица покрывала жуткая «борода» из засохшей крови. Когда возбуждение спадет, его ждет адская боль… 

Внутри всколыхнулось чувство вины. «Это все из-за меня…» 

– Неужели я так паршиво выгляжу? – спросил Доран. 

Трещина на его нижней губе снова приоткрылась, и Солара поморщилась, но тут же напомнила себе, что эта незамутненная радость Дорана – единственный светлый лучик в темной туче их неприятностей. Сегодня он совершил нечто выдающееся, проявил больше храбрости, чем она когда-либо считала возможным. И Солара отказывалась омрачать этот момент. 

– Жаль тебя разочаровывать, – сказала она, – но отныне ты не самая красивая девушка в комнате. 

– Еще не вечер, – усмехнулся Доран. 

– Смейся, пока можешь. – Солара осмотрела кривой угол явно сломанного носа. – Утром ощутишь последствия своих подвигов во всей красе. 

– Черт, уже ощущаю. – Он прижал руку к ребрам. – Но какая разница. Я его отделал! Первый за пять лет бросил Демаркусу вызов и победил. 

Сердце сжалось от воспоминаний о лежащем на полу Доране: изо рта льется кровь, а Солара стоит за пределами ринга и ничего не может поделать. Она не знала, что это уловка. Думала, он мертв, и страх выпотрошил ее точно рыбу. 

На глаза навернулись слезы, и она быстро опустила голову, уставившись на ботинки Дорана. Даже те были испачканы красным. 

– Прости, что сомневалась в тебе. 

– Ну, не надо оваций, – пробормотал он. – Я всего-то повалил гиганта голыми руками. 

– Этот гигант мог тебя убить. – Подняв глаза, Солара обнаружила, что он хмурится. – И все потому, что я нацепила дурацкое ожерелье. 

– Ты же не знала, что к чему. 

– Да, но должна была догадаться. В жизни ничего не дается бесплатно – ни продукты, ни земля, ни одежда, а золото и подавно. В глубине души я понимала, что все складывается чересчур хорошо, и все равно взяла цацку. А ты расплатился за мою ошибку и едва не погиб. 

Доран ответил не сразу. Он дождался, когда их взгляды встретятся, и ухмыльнулся: 

– Я в порядке, правда. Все травмы поверхностны. Моя офигительная красота утрачена не навсегда. 

– Демаркус тебя избил. 

– Ага, а я ему ответил. Если это тебя утешит, он, наверное, до сих пор ищет свое левое яйцо. 

Солара не удержалась от смеха: 

– Еще как утешит. 

– Меня тоже. 

– В общем, прости, – вновь извинилась она. 

Теперь настал черед Дорана отводить глаза. Он ненадолго умолк, теребя «собачку» молнии на своей куртке, затем тихонько прокашлялся: 

– Уверен, я задолжал тебе куда больше извинений. Собираясь бросить тебя на той заставе, я понятия не имел, что тут на самом деле творится. Даже представить страшно… – Он осекся и посмотрел на Солару сверху вниз: – Может, назовем это ничьей и начнем сначала? 

Она кивнула: 

– Я за. 

– Отлично. Значит, решено. 

– И спасибо, – добавила Солара. – Я обязана тебе своей свободой. Ты меня плохо знаешь, но она для меня важнее всего. 

– Всегда пожалуйста. – Под пристальным взглядом Дорана ее лицо залилось краской. – Для чего еще нужны друзья? 

На один удар сердца повисла тишина, глаза в глаза, и атмосфера изменилась. Солара могла поклясться, что между ними проскочили электрические разряды. Одной рукой Доран по-прежнему касался ее бедра, и думать получалось только о весе и тепле его ладони. А потом он будто осознал их непрошеную близость и отступил на шаг. Все закончилось так быстро, что Солара даже засомневалась, уж ни померещилось ли ей. И никак не могла решить, радоваться или огорчаться. 

– Прости, – сказал Доран. – Я, наверное, воняю как труп.