Солара изобразила улыбку и устроилась на скамье рядом с ним. Если гаденыш полагал, будто выиграл этот раунд, то напрасно. Она ела и не такое. 

– Уверена, что понравится. 

Едва не морщась от мерзкого смрада, Солара потыкала ложкой плавающий в слизи комок. Сожженные хлопья или дохлый жук? 

– Ну же, – подначил Доран. – Не робей. Добавки навалом. 

Вскинув голову, она поняла, что вся команда смотрит на нее со смесью изумления и недоверия. Даже Желудь, сидя на капитанском плече и пожевывая какой-то засушенный фрукт, черными глазками-бусинами пялилась на тарелку. Быстро, пока не струсила, Солара зачерпнула каши и сунула ложку в рот. 

Милостивая матерь божья, вот это отрава! 

Глаза протестующе заслезились, рот наполнился слюной, но Солара напомнила себе, что нельзя проиграть Дорану. Она должна это съесть. Однако попытки сглотнуть лишь вызвали тошноту, и пришлось выплюнуть все обратно. Комок плюхнулся в жижу, и лицо обдало брызгами. 

За столом рассмеялись, и Кейн подошел к плите, чтобы положить новую порцию: 

– Я приготовил еще на всякий случай. 

Он протянул тарелку Дорану, и тот с ухмылкой поставил ее перед Соларой. Ей захотелось отвесить ему такую оплеуху, чтобы даже у его внуков продолжали гореть щеки. 

– Жаль, что тебе не понравилось, – посетовал Доран. 

– Ничего, – холодно ответила Солара, вытирая рот. – Я наняла тебя не за кулинарные способности. Еще придумаю, как тобой воспользоваться. 

Кассия напротив фыркнула и красноречиво подмигнула: 

– О, не сомневаюсь. 

Солара покраснела и поспешно покачала головой: 

– Нет, я не это имела в виду. 

– Да, – подхватил Доран, указывая на себя и на нее. – Нет ничего… 

– Не осуждаю. – Кассия примирительно выставила перед собой ладони. – С помощью интрижек лучше всего справляться с полетным безумием. Если не запастись эндорфинами, от нехватки солнца можно и с катушек слететь. 

Насмешливо скривившись, Кейн оперся локтем на стол: 

– Так вот почему у тебя в каждом порту по тупому качку. А я-то думал, что виноват никудышный вкус. 

Кассия развернулась так быстро, что собственные дреды хлестнули ее по глазам. 

– Не говори мне о вкусе, ты, станционный потаскун! Твоя последняя девица не могла ходить и одновременно жевать жвачку. 

– У твоего последнего парня был нос как у хорька. 

– Возможно, его изюминка вовсе не нос. 

Кейн поморщился: 

– Спасибо за светлый образ. Простите, если меня сейчас стошнит до смерти. 

– Довольно! – рявкнул капитан, а Желудь нырнула головой вперед в его карман. – Если вы двое не умеете себя вести, то на Пезирус я отправлю Ренни. 

Кассия ахнула и выпрямилась: 

– Пезирус? Сегодня? 

Капитан указал на нее ложкой: 

– Только для послушных помощников. 

Кассия и Кейн повернулись друг к другу с маниакальными улыбками и, мигом позабыв о споре, запрыгали на стульях, визжа как дети. 

А затем и вовсе синхронно набрали воздуха и заорали: 

– Адские ягоды! 

Солара вопросительно посмотрела на Дорана. 

– Странная парочка, – прошептал он, прикрыв рот ладонью. 

Она кивнула. В кои-то веки они сошлись во мнении. 

Кассия схватила Кейна за руку, будто не она только что орала на него и называла станционным потаскуном, и повернулась к Соларе: 

– Пойдем с нами. И слугу бери. Будет весело. 

Похоже, замешательство отразилось на ее лице, потому что Ренни пояснил: 

– На Пезирусе каждую весну проходит фестиваль адских ягод. У нас контракт на поставку тростникового сиропа с Ориона. 

– Они добавляют этот сироп в вино, чтобы снять остроту, – влез Кейн. – Можно пить и чистяком, но это словно удар под дых. 

– Вино из адских ягод, – мечтательно протянула Кассия. – Пряное, сладкое и согревает все тело. Такого больше нигде не сыщешь. 

– Сначала доставка и оплата, а потом веселье, – предупредил капитан. – И не слишком напивайтесь. Мы же не хотим повторения прошлого года.

Соларе тут же захотелось узнать, что случилось в прошлом году. Однако Ренни и капитан на озвученный вопрос не ответили, лишь улыбнулись, а Кассия и Кейн сильно покраснели, спрятала друг от друга глаза и, резко «вспомнив» про срочные дела, ретировались. 

– Произошло либо что-то хорошее, либо уморительно ужасное, – размышляла Солара, глядя на их отступление. Постыдное бегство она узнавала на раз. 

Ренни рассмеялся: 

– Я не был в первых рядах…