Обрадованный и обнадеженный новой неожиданной находкой, я еще какое-то время лежал, задрав ноги на спинку кровати и размышляя над тем, что со мной происходит и еще может произойти. Потом я задремал, а когда проснулся, за окном было совсем темно. Надев куртку и перчатки, я взял мечи и отправился на встречу.

Таверна "Кружка и кувшин" была полна народу. Кто-то пил, кто-то играл в кости и карты, в малом зале состязались любители кулачного боя, собрав вокруг себя толпу зевак и поклонников. Кликнув подавальщицу и заказав кружку лагера, я сел за один из двух свободных столов. Прошло несколько минут, подавальщица вернулась с заказом, но больше никто ко мне не подошел. Верно, я пришел раньше назначенного часа и...

– Вы эрл Сандер?
– Это был сам трактирщик.

– Да, это я.

– Вас ждут, милорд. Вторая комната справа по коридору.

Я поблагодарил кивком, допил пиво и, поднявшись по лестнице на второй этаж, прошел в коридор. В комнате сидел человек в темной куртке с капюшоном: как только я вошел, он встал и поднял капюшон. Я узнал Гаттскона-Ильина.

– Рад вас видеть, юноша, - маг протянул мне руку для рукопожатия.
– Вполне освоились в нашем мире?

– Все никак не привыкну к развлекательной программе. Уж очень она у вас насыщенная.

– Боюсь, дальше будет еще сложнее и опаснее. Присядьте, прошу.

– Я так понимаю, вы вызвали меня по важному делу?

– Разумеется. Я должен вам объяснить кое-что.

– Почему только сейчас?

– Синклит опасался доверить вам некоторые наши тайны. Мне удалось переубедить их. Вы должны лучше понимать ситуацию.

– Разумно, - я сел на предложенный стул.
– Слушаю вас.

– Во-первых, давайте поговорим о Борге. Вы напали на его след?

– У меня есть на этот счет кое-какие идеи.
– Я решил не торопить события и не рассказывать Гаттскону о ферме "Яблочная Башня" - Один демон подсказал.

– Демон?
– Гаттскон был искренне удивлен.
– Вы общались с демоном?

– Да, и не скажу, что общение было приятным.

– Как вам это удалось?

Я вкратце рассказал о том, что со мной случилось в Ланфрене. Гатсскона, как мне показалось, впечатлила моя история.

– Низшие сущности из мира демонов, что вселяются в тела зачумленных, лишены разума, - сказал он.
– Поэтому речь зачумленных бессвязна и бессмыслена, они больше мертвы, чем живы. Судя по вашему рассказу, вы имели дело с высшим демоном. Это необычно.

– Почему вы с самого начала не рассказали мне о демонах?

– Мне пришлось бы объяснять связь, которая существует между магами и миром демонов. Это тайна, которую знают лишь очень немногие.

– И вы решили, что я недостоин знать ее, так?

– Нет, с моей стороны это была разумная осторожность, - ответил Гаттскон, и я заметил, что он смущен.
– Есть вещи, которые не следует доверять другим раньше времени.

– Хорошо, допустим, я вам поверил. Но вы ведь не ради оправданий назначили мне встречу?

– Да, конечно. Мы собирались говорить о Борге. Что вам о нем известно?

– Я лишь знаю, что он алхимик и винодел. И еще торговец эликсиром и редкостный негодяй, на совести которого смерть людей.

– Он был одним из нас, - произнес Гаттскон.
– Первым из Синклита, кто заболел чумой магов.

– Что? Так вы знали его?

– Знал. Борг был последним из принятых в Синклит, учеником Артобеллы, мага, который помогал вашему прадеду в поисках Джозефа Джаримафи.

– Постойте, это было семьдесят лет назад. Сколько же сейчас вашему Боргу лет?

– Много больше, чем можно сказать по его внешности. Такова выгода от союза с демоном.

– Почему вы сами не покончили с ним?

– Нам не нужна его смерть. Нам нужны его знания.

– Вот как?
– Это был неожиданный поворот.
– Я, право, не знаю, что и сказать.

– Давайте я попробую начать с предыстории. Некогда Пророк остановил эпидемию гиблой чумы, виновниками которой стали маги Эсаны. Их магические эксперименты сделали возможным вторжение в наш мир сущностей из мира демонов. Они захватывали тела людей и превращали их в зачумленных. Благодаря Пророку вторжение удалось остановить. Пророк погиб, но оставил свой Дар Джозефу Джаримафи.

– Что это за Дар? Живая вода?

– Некоторые мои собратья считают, что да, это волшебный источник, вода которого обладает исцеляющим действием. Другие же полагают, что Пророк использовал отработанные в Санктуре алхимические методы, каким-то чудесным образом изменяя обычную воду и превращая ее в абсолютное лекарство. Но нам ни разу не удавалось получить ничего подобного, значит, - тут Гаттскон улыбнулся, - либо Пророк был величайшим в истории магом, либо действительно посланником божественных сил. А может, и богом - кто знает?