Шрифт:
– Все правильно аптекарь сказал - барчук-то наш сюда поехал. С такими клинками и в куртке, за которую поместье купить можно! Хороша добыча, а, сынки?
– Какого дьявола...
– я снова попытался встать, преодолевая боль, и тут обнаружил, что мои мечи уже у предводителя этой шайки. Страшное, темное отчаяние буквально парализовало все мое существо.
– Ты ошибку сделал, барчук, - заявил насмешливый бандит, поглаживая ножны Солера.
– Не надо было в Бэкуотере лишние вопросы задавать. Теперь ты умрешь. А твое барахло станет нашим.
Он направлял арбалет прямо мне в голову. И не промахнулся бы ни при каких обстоятельствах, если бы прилетевшая неведомо откуда длинная стрела не попала ему прямо в затылок в тот самый момент, когда он нажал спусковой рычаг арбалета. Последнее, что я ощутил - удар в грудь, адскую боль и хруст.
Все-таки убил, подонок!
Мысль погасла, как задутая свеча, следом пришла тишина.
***
– ...они не могут этого знать, Саффрен, - говорил красивый грудной женский голос.
– Но нельзя быть беспечными. Поэтому нужно предупредить наших братьев и сестер. Тебе придется отправиться в Орандур.
– Слушаюсь, Хранительница... Ой, он очнулся!
В колышущийся сумрак перед моими глазами вошло миловидное женское лицо, обрамленное капюшоном.
– Замечательно, - сказал красивый голос, и вторая женщина склонилась надо мной.
– Эй, ты слышишь нас?
– Слы-шу, - выдавил я, пытаясь овладеть своим сознанием и телом.
– Лежи спокойно, тебе нельзя двигаться, - велел красивый голос.
– Саффрен, принеси сомносок.
– Где..я?
– В безопасности. Все с тобой хорошо. Очень скоро ты будешь здоров.
– Кто вы... такие?
– Сейчас ты уснешь и проснешься здоровым. Ну-ка!
Меня осторожно приподняли, подложив ладонь под затылок. В груди кольнуло, заныло. Губ коснулся холодный край чашки, и душистое кисловатое питье освежило мой пересохший рот. Я хотел поблагодарить добрых женщин, но язык больше меня не слушался. Интересно, что они...
– Ах ты, очнулся, барин!
– обрадованно сказал мужской голос.
Я открыл глаза. На меня смотрел мужчина лет пятидесяти. Честное открытое лицо, добрые глаза.
– Все, теперь все в полном порядке будет, - заявил он.
– Прошла-то она, безгубая стороной...
– Ничего не...
– Я посмотрел по сторонам и понял, что лежу на соломе в повозке, которая медленно, стуча колесами по камням, катится по лесной дороге, и солнце мелькает между стволами корабельных сосен, слепя меня.
– Я же был...
– Трое суток бездыханным лежал, барин, - сообщил человек с добрыми глазами.
– В беспамятстве своем бредил. Думали, помрешь. Ан нет, все обошлось. Как чувствуешь себя, а?
– Я здоров. Почти здоров. Голова только тяжелая и слабость. Я был сильно ранен?
– Ран на тебе не было, но, видать, что-то внутри у тебя повредилось. Поблагодари Вечных, сильную они тебе натуру дали.
– Я видел... вроде как двух женщин. Одну Саффрен звали.
– Женщин?
– Добряк покачал головой.
– Видать, попутал ты чего, барин. Не было никаких женщин. Один ты лежал на дороге к Источнику. Так и нашли тебя с сыном моим. Обмыли, примочки ледяные делали. Видать, с коня ты упал, барин, или как?
– Или как. А оружие мое... где?
– Туточки твои мечи, не изволь беспокоиться. И доспех, и кошелек, все мы забрали.
– Спасибо.
– Я почувствовал просто таки невыразимую радость и облегчение.
– Возьми в кошельке награду...
– Вот еще!
– фыркнул мужчина.
– За доброе дело и плату брать? Нет уж, барин, не по-людски так будет. Вечные велят нам ближнему помогать, за то и награда нам будет в царстве духовном вечная и несказанная.
– Куда мы едем?
– спросил я, силясь осмотреться.
– В Сэйлок, барин. К вечеру на месте будем.
– Сэйлок?
– Деревня так наша называется. Это в Монхэме.
– Мне... в Эттбро надо.
– Как в силах будешь, так вернешься к себе домой, барин. Рано тебе в дорогу. Поправиться надо, набраться сил, отлежаться.
– Нет у меня времени отлеживаться. В Сэйлоке можно лошадь купить?
– А то. Монхэмские лошадки самые лучшие. Что землю пахать, что верхом скакать, на все годятся. Купишь, барин, и возьмут недорого.
– Хорошо, - Я откинулся на солому, закрыл глаза, попытался разобраться с мыслями, которые скакали в голове как пресловутые монхэмские лошадки. Я был уверен, что две женщины говорили со мной. И это они лечили меня. И кто-то неведомый прикончил из лука напавших на меня мерзавцев, по крайней мере, одного из них. Кто-то спас меня от неминуемой смерти, а я не знаю, кто, но точно не этот приветливый и добросердечный крестьянин, который вместе с сыном подобрал меня на дороге к Источнику Молодости. Еще одно странное событие, которую я никак не могу объяснить. И еще одна загадка. которую мне наверняка придется разгадывать.