Добродушная улыбка, давно я не видела её. Я иду следом за ними. Кидаю взгляд на календарь в комнате, первое сентября, день рождения Антона.

– Садись на стул, – тогда пристройки ещё не было, поэтому я осталась на кухне, а дедушка пошёл на второй этаж.

– Ты кто? – передо мной возник мальчик лет шести, но это был не Антон. Его бы я узнала сразу.

– А ты?

– А ты не ответила.

– Катя, – каким-то слабеньким голоском говорю я.

– Ты чего такая пугливая? – я молчу и упорно смотрю в пол, – Я – Андрей.

Что? Кто? Нет, с Волковым я познакомилась только в начале этого учебного года. Это не может быть он. Я не могла забыть такого мудака.

– Волков, хватит пугать девочку, – я поднимаю голову и вижу, как какой-то пацан, явно старше Андрея на пару лет, даёт ему хорошего пенделя, и маленькая я начинает улыбаться. А у меня внутри появилось чувство какой-то победы.

– Вот, это другое дело. Я – Виталий, можно просто Вит.

– А я Антон, – не понятно откуда возник мой братец и встал передо мной. Маленькая я инстинктивно отодвигается назад на стуле.

– А я Катя.

– Мы уже поняли, – Вит, симпатичный мальчик и, видимо, очень добрый, но его я тоже не помню.

– Ага, пугливая и трусливая. К мамочке не убежишь от нас? – услышала гордый голос Волкова. Он даже маленьким был сволочью.

Внутри зародилась неприятное чувство, месть. Первое чувство к Волкову была месть? Да уж, месть, ненависть, далеко мы не ушли за одиннадцать лет. Потом всё произошло слишком быстро. Маленькая я взяла полный стакан с водой, спрыгнула со стула и вылила содержимое Волкову на голову. На секунду воцарилась тишина, потом Вит с Антоном начали ржать, а вот Андрею было не до смеха, он стоял и очень зло смотрел на меня.

– По-любому твоя, такая же прибабахнутая с характером.

Я не успела посмотреть, кто это сказал – вместо картинки вновь возникла темнота.

Это было первое знакомство с семейством? Если это всё правда, то у меня огромное количество вопросов ко всем.

Вновь появился свет, а это значит новое воспоминание.

Первое, что я увидела, это была Сара. Мы сидели на диване в гостиной, значит, нам по десять или девять лет. Родители уже погибли, а я сижу и смеюсь, я чувствую себя просто счастливой. Что же произошло со мной? Почему я забыла все счастливые моменты, но прекрасно запомнила всю боль? Почему я забыла людей? Что должно было произойти в моей жизни?

Посмотрела на календарь и поняла, что до несчастного случая остался всего месяц. Через месяц уже не будет Сары, а моя жизнь укатится далеко.

– Скажи ей наконец, пацан ты или тряпка?! – в дверях стояли Вит с Андреем. Всё-таки Вит симпатичный парень, а Волков почти не изменился. Вот только что-то изменилось. Моё к нему отношение. Внутри уже не было негатива к этому мальчишке, было что-то другое. Тёплое и милое, а губы сами расплывались в улыбке. Нет, не могла я в него влюбиться. Мне ведь только десять. Да, и забыть это не может, наверное.

– Что этот придурашливый должен мне сказать?

– Сар, давай выйдем.

– Ух ты. Серьёзный разговор? Интересно. Ну, давай, Андрюша. Я в предвкушении.

Я смотрела на него серьёзно, но внутри чувствовала, что сейчас взорвусь от смеха. Неужели я влюбилась в него?

– Кать, я уезжаю, – он произнес это так тихо, что я еле это услышала.

– Что в этом такого? Ты всё время уезжаешь. Когда приедешь?

– Никогда. Это последний наш разговор, родители меня увозят за границу.

Внутри что-то оборвалось. Опять образовалась пустота. Опять меня бросают. И он тоже, но внешне я ничем себя не выдавала.

– И ты бросаешь? Здорово, удачи тебе. Вместе с Витом можете валить куда угодно. Только потом не надо возвращаться.

Я вскочила с дивана и хотела пойти наверх, но виноватый голос Волкова меня остановил: