– Я никому ничего не говорил. Я знаю тебя.

– А…

– Три-четыре недели. Это сотрясение, а не порез.

– А…

– Это витамины, от них тебе ничего не будет. Только будешь похожа на наркомана со стажем.

Достал. Так и хотелось встать и убить его, но слабость и игла в вене мешали это сделать.

– Раздражает.

– Что?

– То, что ты заканчиваешь за меня предложения. Теперь я понимаю Артёма. Меня отпустят домой?

– Нет, – резко, жестко и с какой-то ненавистью отрезал он. – Если тебя отпустить домой, у тебя не будет никакого постельного режима! Поэтому ближайшие три недели ты проведёшь здесь под присмотром опытных врачей! Это не обсуждается.

– Стас…

– Я всё сказал! – он резко встал и вышел из палаты.

Господи, ну и что мне теперь делать? Какую он наплел историю бабушке с дедушкой? Что теперь будет? Что мне сделает Волков за исчезновение? Хотя, зачем переживать, если всем просто до высокой колокольни на меня. Это факт. Я к этому привыкла. Только Стас и Артём пытаются обо мне заботиться. Даже тогда, когда я ограждаюсь от них.

– Здравствуй, как себя чувствуешь?

Тишину в палате разрушил голос медсестры, которая пришла, скорее всего, поменять или убрать эту чёртову капельницу. Я повернула голову и посмотрела на неё: наигранная улыбка, тоскливые серые глаза.

– Никак, вы пришли убрать эту штуку?

– Да, но ненадолго. Скорее всего, вечером тебе её снова поставят.

– Значит, буду наркоманом со стажем, – повторила я слова Стаса, но в этих словах не было ни капли веселья или намека на шутку.

Наконец вытащив иглу из моей вены, медсестра попросила согнуть руку в локте и вышла. Я смогла сесть, хотя слабость во всём теле осталась. Рядом с кроватью стоял мой рюкзак. Поставив его на кровать, я начала в нём копошиться и, найдя телефон в самом дальнем углу, достала его и разблокировала. На экране высветились пропущенные вызовы от «Мудачино», «Антон», «Арсений» и от какого-то неизвестного номера. В общем счёте пропущенных было шестьдесят штук. Такого в моей жизни ещё не было. Мне нужно было узнать, что Стас наплёл родственникам. Антону я звонить не стала, не думаю, что ему хоть что-то рассказали, а вот Волков, как я успела понять, добивается того, чего хочет. Набрав номер Андрея и положив телефон к уху, я стала ждать его ответа. Он не заставил себя долго ждать, уже через четыре гудка поднял трубку.

– Чего-то хотела или просто так звонишь, поиздеваться?

Голос был холодным и безразличным, он злился. Вот только на что ему злиться? Мы встречаемся только из-за его же шантажа. Знаю я его меньше месяца. Мы, по сути, чужие люди.

– Эм…просто.

Как-то не очень убедительно произнесла я.

– Ясно.

И наступила тишина. Ни я, ни он ничего не говорили. Я просто не знала, как у него спросить, что наплёл Стас.

«Только не бросай трубку, Волков» – крутилось в моей голове. Мне просто на просто нужно было задать простой вопрос. Когда я собралась с духом, то меня перебили.

– Вот мне интересно. Я, конечно, понимаю, что мне ты не то, что не доверяешь, ты меня терпеть не можешь из-за некоторых моментов. Мне плевать, что тобой движет так поступать, но я тебя совершенно не понимаю. Женская логика ли это или ещё что-то. Если честно мне плевать, но ты могла написать хотя бы СМС, что уезжаешь. Ты вообще представляешь, что было с твоими бабушкой и дедушкой, когда им позвонили со школы и сказали, что ты ушла, и слова не сказав?! Просто встала и ушла! Естественно не знаешь…

– Андрей…

– Я не договорил! Ты можешь думать не только о себе хоть иногда?! Плевать тебе на меня, Сеню, Лилит, Антона, но ты можешь подумать хотя бы о бабушке с дедушкой!

Дальнейших его слов я не слышала, так как сбросила вызов и швырнула телефон обратно в рюкзак.

Было обидно, паршиво, но главное было то, что он был прав. Во всем. Ну, почти. Мне не плевать на всех, на многих, но не на всех. Я могу относиться к человеку отстранёно, холодно, но если ему нужна помощь, то я помогу. Вот такой я странный человек. И первое мнение Андрея обо мне точно такое, какое я создавала на протяжении многих лет.

Я всю жизнь притворяюсь каким-то другим человеком, никто не знает обо мне фактически ничего. После смерти Сары я никого не подпускала к себе слишком близко, всегда держала дистанцию. Сначала держала, а потом вовсе перестала общаться и обращать внимание на людей. Так я и живу шесть лет, но сейчас мне хочется измениться, хочется завести друзей, чувствовать хоть что-то к кому-то. Только вот я сама всё испортила. Сейчас все на меня злятся и думают точно так же, как Волков, что мне просто плевать.