Тут вернулся Богданов, и разговор пришлось прервать. Пока Игорь доложился, пока, тыкая уставшими пальцами в клавиатуру, напечатал отчет об оперативных действиях, стрелки часов доползли до восемнадцати ноль-ноль, и Богданов, запихнув в сейф папки с делами, велел выметаться, и исчезнуть до понедельника.

– Погоди, а что со стройкой?
– воскликнул Игорь.
– Давайте быстренько съездим и посмотрим.

– Прыткий какой, - удивленно посмотрел Богданов.
– Не нагулялся еще? Иди, отдыхай, никуда твоя стройка не денется.

Они втроем вышли на улицу, и встали у входа. Даня закурила, под осуждающим взглядом Богданова, но, похоже, объявленная война давала определенные привилегии, и он смолчал.

– Завтра Славка позвонит, расскажет, как дела в лесу, - напомнил Богданов.

– Перезвонишь мне?
– оживился Игорь.
– Я с тобой поеду.

– Куда поеду? Суббота завтра, я отдыхаю.

– А Васнецов?
– удивился Игорь.

– Что Васнецов? Если возьмут, пусть посидит у нас, подумает о своем поведении.

– На каком основании?

– Не знаю, - Богданов равнодушно пожал плечами.
– Например, участкового обидел или плюнул мимо урны, или паспорт потерял в кармане опергруппы.

– Но ведь это неправильно, - отпрянул Игорь.

– Не правильно это участковых обижать и оставлять кровь в квартире. Понял?

– Понял, - кивнул Игорь.
– Все равно, позвони мне, ладно?

– А мне не звони, - с чувством попросила Даня, - я буду спать до полудня.

– Завтра твоя очередь убираться, - напомнил Богданов, и, прощаясь, протянул Игорю ладонь.
– Все, бывай, - теперь он повернулся к Дане.
– Что стоишь, в машину топай, иначе пешком пойдешь. И брось уже свою цигарку, скоро легкие выкашляешь!

Суббота

Телефон верещал не меньше минуты, прежде чем Игорь, встрепенувшись, взял трубку. Номер был незнакомым.

– Слушаю, - сонно пробормотал он, одновременно пытаясь выпутать ноги из пододеяльника.

– Игорек?
– раздался в трубке еще более сонный голос и звук сдержанного зевка.
– Вставай. Поехали.

– Куда?
– не понял Игорь, скинув, наконец, одеяло на пол.

– В отдел, там Васнецова привезли, Богдан уже умчался, - снова подавленный зевок.

– Дань, это ты?

– Я. С городского. Давай, через полчаса на перекрестке, по дороге все расскажу. Не опаздывай, не то Богдан без тебя начнет.

Игорь отбросил трубку и ринулся в ванную. Бриться времени не осталось, и, чистя зубы, он решил, что и так сойдет. Кофе опять пришлось пить холодным, и, наскоро плеснув Цезарю молока в блюдце, Игорь дернулся, и часть молока вылилось на голову котенку. Обиженно мяукнув, тот прыснул под диван, вылизываться, и вытаскивать его оттуда времени не осталось. Тут Игорь сообразил, что форму накануне не почистил, оставил на завтра.

Пришлось облачиться в гражданское, и броситься к двери, на ходу заправляя рубашку в джинсы. Схватившись за ручку, он сообразил, что забыл удостоверение, вернулся, потом, выскочив на лестницу, вспомнил о ветровке, и с порога, не переступая в квартиру, с трудом дотянувшись до вешалки, ухитрился ее подцепить, порвав петельку. По улице он несся, распугивая голубей и провоцируя собак на оглушительный лай.

Когда взмыленный Игорь подлетел к перекрестку, к нему, с другой стороны улицы, притащилась Даня.

– Привет, - вяло махнула она рукой.

– Привет, - отозвался Игорь, пытаясь отдышаться.
– Ты быстро.

– Мне тут ближе, - пояснила Даня, - я на Донецкой живу, дом четыре.

Игорь прикинул расстояние и гневно выпрямился - Дане было идти не более двух минут.

К остановке они подошли одновременно с автобусом и, усевшись, порадовались пустому салону - субботним утром было мало желающих воспользоваться общественным транспортом.

– Погоди, а сколько время?
– вспомнил Игорь.

– Полдевятого, - с чувством ответила Даня, сверившись с часами.
– Что за скотская работа... Это Сашка все! Сказал явиться, чтобы протокол допроса вести, а я тем временем буду внимать.

– Школа выходного дня, - пошутил Игорь, но Даня его не слушала.

– О черт, это очень плохая примета, - простонала она, привстав.

– Где?

Девушка молча указала на остановку, к которой подъезжал автобус. Возле нее стояла до боли знакомая серая "девятка".

– Быстро на выход.