– Налика молода, да и ты пока не старик, - сказал Эберт.
– У вас еще может родиться наследник.

– Не будет наследника, - ответил Алек.
– Когда родилась третья дочь, я обратился к жрецам. Жена не может рожать мальчишек, а я ее слишком люблю, чтобы менять. Но я к тебе приехал не из-за этого. Я точно знаю, что Каргел будет воевать с Пармой. Они соперничали триста лет, и пришло время решать, кто будет править нашим миром! Эта война не закончится перемирием, а будет вестись до конца!

– Это плохо!
– сказал Эберт.
– Мы сохраняли свою независимость только благодаря их соперничеству. Если обе республики объединятся...

– Ты прав, - кивнул Алек.
– Мы потратили много золота, пытаясь разжечь их соперничество из-за Таркшира. Но после войны все это не будет иметь значения. Королевство Лея захватят, но первыми целями будем мы! Наши королевства рядом, к тому же они больше и богаче далекого Таркшира, несмотря на отсутствие золотых рудников. Так и будет, если мы ничего не предпримем!

– Рассказывай, что придумал, - предложил Эберт.
– Я пока не вижу выхода.

– Выход в том, чтобы напасть самим!
– сказал Алек.
– Конечно, не сейчас, а когда кто-нибудь из них проиграет, а победитель будет сильно ослаблен. Все может получиться, если мы навалимся вдвоем! У Хоша почти не осталось армии, поэтому он не вмешается.

– А больше вмешиваться некому, - воскликнул Эберт.
– Хорошо придумано! Силы у патрициев и торговцев примерно равные, поэтому от их армий ничего не останется!

– Если ты согласен, нужно срочно увеличивать армию. Я этим уже занялся.

– Может, обойдемся без гранулирования?
– с усмешкой спросил Николай Бобров.
– Переводить спирт на какой-то порох! Дайте хоть попробовать, а то я уже и забыл, когда в последний раз пил водку.

– И хорошо, что забыли, - отозвалась Лиза.
– Вы шутите, а я уже дважды меняла рабочих на протирке! Земмы быстро спиваются, а сажать сюда людей...

– Они сопьются еще быстрее, - засмеялся Петр Гордеев - самый молодой из работавших с ней мужчин.
– У меня самого от этого запаха разыгрался аппетит. Может, сварганим вытяжку или заменим вашу сивуху вином?

В трех комнатах земмы смачивали пороховую смесь самогоном, а потом протирали через сита. Все окна были открыты, но это мало помогало.

– Когда будет дистиллятор?
– спросила Лиза.
– Петр, вы мне обещали!

– Я только раскрутился с серой, - возразил Гордеев, - а нужный вам аппарат будет посложнее того, с помощью которого вы спаиваете земмов. Нефть - это вам не спирт. И куда вы так спешите? Порох пошел, а скоро будет много орудий. Король это уже оценил, и не он один.

– Намекаешь на герцогов?
– спросил Николай.

– Не намекаю, а говорю открытым текстом, - опять засмеялся Петр.
– Я в королевстве недавно и во многом не разбираюсь, но достаточно болтаю с земмами. Здесь все поразились, когда узнали, что герцоги передали королю своих дружинников. Пока это связывают с занятием Диких земель и известием об уцелевшем главном храме в Ортаге, но настоящая причина - это наша возня. Недаром король так увеличил охрану и засыпает нас золотом. А скоро будут готовы первые бомбы. Так что с нефтью не нужно спешить. Мы ему еще многое сделаем, и необязательно это будет оружие.

– Госпожа!
– обратился к Лизе вошедший в комнату земм.
– Велено вам передать!

Она взяла пакет, надорвала и прочитала короткую записку.

– Что с вами!
– воскликнул Николай.
– Лиза, вам помочь?

– Все хорошо!
– вытирая слезы рукой, - ответила Матвеева.
– Я думала, что пришло письмо от сына, а его отправил из Диких земель представитель короля барон Стах Борин. Сообщает, что нашлась моя дочь! Она стала высшей жрицей и сейчас помогает Лаврову!

– Осталось найти мужа, - сказал Николай, - и вся семья будет в сборе.

– Вряд ли я его найду, - вздохнула Лиза.
– Это чудо, что нашлись дети. А Алексей... Он был слишком слабым для этого мира. В королевстве его не нашли, а в Диких землях такие не выживают. Остается одна Парма, но и там рабы долго не живут.

– С вашей внешностью нетрудно найти другого, - не очень деликатно утешил Петр, - а если учесть расположение короля, то женихи выстроятся в очередь.

– Я в ней буду первым, - сказал Николай, и было непонятно, шутит он или говорит всерьез.

– Сделаете распылитель, тогда становитесь, - отозвалась она, - а я пока подожду мужа.