А мой муж немножечко сумасшедший.

Инстинкт афериста, на который я полагалась в жизни, подсказывал, что надо побороться и за мужа, и за кольцо, и за долг картелю. Если всё, что он мне рассказал с момента нашего знакомства — правда, то и в этом он мне не откажет.

Собираешься довериться ещё одному мужчине, а, Вайс?

— Я… что если я попрошу тебя сделать кое-что, зная, что это нечестно?

Он сглотнул и хрипло спросил:

— Развод?

— Нет!

Выдохнув, он снова уселся в кресло.

— Тогда мне совершенно не важно, о чём ты просишь. Жена захотела — жена получила, помнишь?

— Но ты ничего не поймёшь, если не попытаешься докопаться до истины. А я знаю, что тебе очень важно всё понимать.

Его губы изогнулись.

— Ты уже так хорошо меня изучила.

Я сделала шаг назад.

— Извини; это была ошибка. Просто что-то на меня нашло. — Неужто я действительно это ляпнула?

Чёрт, Вайс, соберись!

Вскочив на ноги, он встал между мной и дверью.

— Я отказываюсь тебя отпускать, пока ты не скажешь, что тебя расстраивает. Ты же знаешь, что мы будем здесь сидеть, пока не начнём голодать.

Ага. Как знала, что он был готов привести в дом ту гнедую кобылку.

— Дмитрий, если я попрошу нечто значительное и необычное, клянёшься не выпытывать у меня причины этой просьбы? — Переплетя пальцы, я касалась кольца, как талисмана. — Не пытаться понять всё до конца?

— Я сделаю всё, что угодно, лишь бы ты была счастлива. Но для этого ты должна со мной говорить.

Я не могла выдавить из себя ни слова.

Он приподнял мой подбородок.

— Я не прошу тебя мне довериться, — если бы он так сказал, я бы сбежала. — Это придёт со временем. Но я прошу мою вегасскую жену рискнуть.

Я выдохнула.

— Ладно, итак. Пожалуйста, можно мне… можно мне получить чек на три миллиона, безо всяких вопросов?

Он уронил руку.

— Сядь, — Дмитрий указал на стул рядом с его столом.

Замечательно, Вайс, просто охуенно. Почему я такая тупая? Только что всё испортила! Я нерешительно села, приготовившись услышать всё, что он собирается мне сказать.

Он тоже сел.

— Я разочарован, Вика. Очень разочарован в себе.

— Я… что?

Он сцепил пальцы.

— Я не объяснил достаточно чётко, что всё состояние принадлежит нам обоим. Тебе не нужно просить то, что и так твоё. Я надеюсь, что крупные траты мы будем обсуждать, но и это необязательно.

Я могла лишь изумлённо на него смотреть.

— Можешь не отвечать, но эти деньги для твоих родителей?

Я медлила с ответом, и он добавил:

— Я не буду выяснять никаких подробностей. — Не лжет. — А спрашиваю лишь потому, что деньги мы можем перевести им немедленно.

— Это долг. — Возможно, он решит, что к нам претензии у налоговой, или семья стоит на пороге банкротства.

— Если их банковские реквизиты у тебя с собой, то перевод мы можем сделать прямо сейчас, чтобы они больше не волновались.

Словно в тумане, я нашла в мобильнике реквизиты и передала ему.

— На имя Джозефа и Джилл… — Джентльмен Джо и Бриллиантовая Джилл — … Валентайн.

С безумной скоростью введя цифры, Дмитрий сказал:

— Готово. Всё в порядке. — Он вернул телефон.

Моё дыхание участилось.

— Это… получилось? Это действительно… получилось?

— Конечно, любимая.

И, несмотря на головокружение от его щедрости, я почувствовала, как напряжение последних нескольких месяцев испаряется. Семья будет спасена.

Открыв ящик стола, он вынул оттуда кожаную папку, похожую на ту, в которой был наш брачный контракт. Встав, он передал папку мне.

— Только что получил.

Внутри были кредитки и чеки на моё имя. Виктория Севастьянова.

Даже при всём желании другое имя я использовать бы не смогла. Я озадаченно на него посмотрела.

— Вика, если ты решишь расторгнуть наш брак, эти деньги будут твоими несмотря ни на что. Твой выбор — остаться со мной или нет — должен основываться не на этом. — Он пригвоздил меня взглядом. — Он должен основываться на том, что нам хорошо вместе. И что я делаю тебя счастливой.