Шрифт:
– Кстати, зачем ты виляла задом перед Варгом? Взломщица устремила на меня удивленные глаза.
– А тебе какое дело, если и виляла?
– Не перегни палку. Нам не нужны рецидивы.
– Какие?
– Ты знаешь, что творится в голове у такого большого и наверняка одинокого парня?
Шиола фыркнула:
– Мне наплевать. Зато мне известно, что творится в твоей черепушке. Ты вздумал ревновать.
– Я?
– Ты! И кто чуть не повалил меня на пол, пока мы сюда добирались?
– Я?
Поверить не могу! Чтобы я, джентльмен и все прочее!
– Наверное, Варг смотрел не на мой зад, а на то, как ты ведешь себя с единоутробной сестрой!
От возмущения я смог выдать только несколько междометий. Шиола ткнула мне в грудь пальцем:
– Запомни! Между нами только деловые отношения! Мы делаем свое дело, получаем гонорар и сваливаем! Никаких этих штучек!
– Ага, ты еще погромче ори, чтобы все услышали!
– Надо будет – заору, – пообещала бандитка. – Не веришь? Если что, ты объяснишь своим дружкам, что твоя сестра девушка нервная… Ну как? Заорать? Я умею изображать вопль птицы Рух, у которой гномы-промысловики утащили яйцо.
– Верю. Давай воздержимся от эмоций. Уходить в прошлое мы обязаны с холодной головой.
– То-то! – Снова тычок мне в грудь. Да скоро там дырка появится! – Шиола слишком хороша для тебя, спригган!
Она приблизила ко мне свое лицо, словно чтобы я разглядел его во всех подробностях. И мы замерли, как две белки перед схваткой за последний желудь в лесу. Я перевел взгляд на ее губы, почти что забыв о такой вещи, как дыхание. Секунды то ли галопировали на огромной скорости мимо нас, то ли, наоборот, ползли раз в двести медленнее улитки. Не знаю. Только в какой-то момент мне стало заметно, что голова Шиолы склоняется набок и становится все ближе. Ее глаза начали закрываться…
Я готов был убить Варга. Убить, несмотря на разницу в весе. Порвать на тряпочки, пух и перья, как поступает щенок с вашей любимой подушкой.
Он все испортил, открыв дверь и сообщив тоном профессионального дворецкого, что барон Виртольд готов оказать нам милость.
Задолго до того, как верзила увидел нас, мы отскочили в разные стороны и сделали вид, что рассматриваем нехитрые фрески на стенах. Фрески рисовал лет сто назад какой-то бесталанный псих; или слишком талантливый – я не мог понять, ибо меня окутал мистический туман скорби. Дай нам Варг еще хотя бы пару секунд!.. Нет, я его прикончу. Подкараулю в темном переулке и зарублю большой секирой. Самой большой, какую найду.
– Идем, братец, – сказала Шиола, сияя, словно двумя яркими колдовскими фонарями, своими щечками. Без всяких преувеличений и экивоков – она была прекрасна.
Волшебство момента на нее тоже подействовало, Шиола позабыла даже разозлиться на Варга и только хлопала трепетными ресницами.
Я прокашлялся, пытаясь настроиться на деловой лад, но, боги, как же это сложно! После того, чего не было…
Мы шагнули за двери почти торжественно.
25
Не иначе сегодня в замке траурный день. На такую мысль меня натолкнула гримаса на усатом лице Виртольда, сидящего за большим письменным столом. Это была гримаса неприкрытого страдания. Может быть, кто-то помер? Надеюсь, Заморис. Наше с ним дельце не решено, и я в любую минуту ожидаю, что тюфяк выскочит из-за угла и спросит: «Где мое ожерелье?» Это нервирует.
Виртольд оторвался от бумаг, чьи стопки на столе достигали высоты локтя, и пригласил нас присесть на два стульчика.
Кроме барона, тут никого не было, но мне пришла в голову мысль: нет ли случайно в этих задрапированных стенах особых отверстий для подслушивания? В цитадели заговорщиков, по-моему, без них просто не обойтись.
При первом же взгляде на Шиолу физиономия моего приятеля несколько смягчилась. При втором она разгладилась еще сильнее, а при третьем приобрела совсем другое выражение. Словом, Виртольд едва не пускал слюни. В общем, я его понимаю. Невзирая на законную супругу, он был способен обалдеть от красоты на стороне.
– Что это за шутки, Локи? – спросил барон. – Мы так не договаривались! Извините, госпожа. Не знаю вашего имени.
– Шиола.
Взломщица давно пришла в себя после романтического момента и сидела, покачивая ногой в ботиночке.
Виртольд сглотнул пару литров слюны, что успела скопиться у него во рту, и прокашлялся.
– Ты ставишь меня в неловкое положение, спригган, клянусь демонами! Что я скажу Гастону и остальным?
Итак, настало время припереть Виртольда к стенке. Я ринулся в атаку. Для убедительности даже вскочил со стула. Пришлось устроить целый спектакль, призвав на помощь все имеющиеся артистические способности. Виртольд между делом – видимо, слегка ошеломленный моей энергией – вернулся к прежней гримасе. Должно быть, научился этому у остальных заговорщиков – дипломированных мастеров своего дела. Лишь когда барон смотрел на Шиолу, его взгляд вспыхивал с той же силой и пронзал воздушные пространства огненными стрелами.