— Чего от тебя хотел этот упырь? — вместо приветствия спросил Джеймс и закрыл дверь.

— Ничего, — Лили не поднимала взгляд и со стуком расставляла на столе склянки. Щеки её пылали. — Он приходит уже в третий раз, всегда, когда дежурим мы с Алисой и Даниель.

— И что?

— Говорит, что у него болит голова.

— И всё?

Одна из бутылочек разбилась. Лили сунула порезанный палец в рот. У неё дрожали руки.

Джеймса задело то, как она волнуется. Снейп и раньше к ней подкатывал с белым флагом, получал пинок и молча уползал в тень. А сейчас Лили вдруг взволновалась, румянец, глаза горят.

Нехорошо это.

— Лили, что ещё? — громче спросил он, подойдя ближе.

Она повернулась к нему и Джеймса пронзило гадкое ощущение, что она что-то прячет от него.

Там. В душе прячет.

— Всё, — коротко сказала она и торопливо закрыла коробку с лекарствами. А когда увидела, какое выражение появилось у него на лице, заволновалась пуще прежнего. — Джеймс, прошу тебя, не вмешивайся в это. Я разберусь. Пообещай, что не будешь ничего ему делать. Пожалуйста.

Джеймс совершенно не представлял, с чем и как она собирается разбираться, но решил пока что не заострять проблему. В конце-концов, Снейпа она выперла, да и следов преступления никаких не было. И потом, кто такой Северус Снейп и кто такой Джеймс Поттер? Даже глупо ревновать.

— Ты обещаешь? — Лили взяла его за отвороты рубашки, привстала на цыпочки и дразняще коснулась его верхней губы. — Дже-еймс Поттер, — её руки скользнули по его животу вниз и остановились на ремне. — Пообещай мне.

Джеймсу стало очень тяжело думать, поэтому он бездумно ляпнул «Ладно!» и поскорее уволок Лили на койку.

Своё обещание он нарушил почти сразу же — на следующий же день.

Во вторник у них первым уроком была защита от Темных сил, но так как Джекилл всё ещё не вернулся с каникул, на замену поставили Заклинания.

Класс толпился под запертым кабинетом, вяло шевелился и гудел. Кто-то наспех переписывал домашнее задание, кто-то дремал у стены, парни как обычно цепляли девчонок и пытались пощупать их выдающиеся места, а они (девчонки) закатывали глаза и отбивались, но не очень сильно.

Джеймс сидел на подоконнике в компании Бродяги и Хвоста и размышлял о том, что заставляет класс так единодушно разбиваться на мужские и женские стаи в коридорах вот уже седьмой год подряд. Вроде бы они все давно друг друга знают, живут в одной башне и всё такое, но чуть стоит собраться всем вместе, как их раскидывает по стенам эта дурацкая гендерная полоса и они становятся похожи на две маленькие армии, которые только и ждут возможности атаковать.

Даже он сам.

Он вроде бы вел серьезную беседу с Бродягой, посвященную тому, что будет, если в качестве теста подбросить новую навозную бомбу от Зонко в котел с Амортенцией слизеринцев на следующем уроке зельеварения, а сам зорко приглядывал за Лили.

Лили тоже изредка поглядывала на него, словно проверяла, на месте он, или нет. Джеймс в такие минуты подмигивал ей с самым суровым и непреклонным видом, она улыбалась, в общем, всё было чудесно, утро шептало и предвещало прекрасный день.

А потом Джеймс увидел этот взгляд.

Даже потом, спустя пару лет после окончания школы, думая (очень редко) о Северусе Снейпе, Джеймс первым делом вспоминал именно этот голодный и откровенно блядский взгляд.

Казалось, ещё немного и этот выродок схватится за член, чтобы при всех отдрочить на девушку, которая в этот момент стояла к нему спиной и ничего не подозревала.

Все годные идеи, выстроенные Бродягой, рухнули в голове Джеймса как карточный домик.

Не дожидаясь, пока следом за ними обрушится и остальной мир, повинуясь какому-то безотчетному инстинкту, Джеймс пересек коридор, влетел в клумбу девчонок и, не успела Лили опомниться, обхватил её лицо ладонями и поцеловал взасос.

Толпа загудела, проснулась, засмеялась. Кто-то крикнул «Силен, Поттер!», кто-то «Так держать, капитан!».

Лили в первую секунду издала какой-то сдавленный звук и напряглась, но что-что, а целоваться Джеймс умел, так что она почти сразу обмякла и Джеймс почувствовал, как её пальчики, увенчанные острыми ноготками, зарываются в его волосы. Они целовались довольно долго, точнее Джеймс засасывал её всё сильнее и безотчетнее, а она все больше и больше таяла. Вокруг снова возобновились разговоры (ну целуются, и целуются, все целуются!), Джеймс и сам подзабыл, зачем все это затеял и только сильнее вжимал Лили в стену, вовсю шаря руками под её мантией, пока не услышал возмущенный голос Сириуса:

— Эй, голубки, снимите комнату!

Тогда он оторвался от неё.

— Ого, — это было единственное, что смогла сказать Лили Глаза у неё были слегка пьяные. — Что это было?..

Тяжело отдуваясь, Джеймс окинул её быстрым рассеянным взглядом, сглотнул и оглянулся.

Снейп стоял с таким видом, будто ему в глотку запихнули ежа.

Лили посмотрела туда же, цокнула языком и прикрыла глаза, неверяще усмехнувшись.

— Прекрасно, Поттер, — она коротко вытерла губы, кивая своим мыслям. — Просто. Прекрасно.