Радио вдруг опять захрипело и опять заговорило железным, строгим голосом премьер-министра:

«... я призываю вас сплотиться и не опускать руки! Смерть Джона Маккиннона ещё не означает смерть его убеждений! Мы должны бороться и пока мы боремся...»

— Ради Мерлина, кто-нибудь, выключите эту хрень! — неожиданно закричал Джеймс, резко схватив снитч. — Сил нет слушать эту старую перечницу!

Питер тут же боязливо прикрутил ручку, но никто не возмутился и не потребовал вернуть эфир. С Джеймсом никто никогда не спорил.

— Ты не согласен с тем, что она говорит? — спросил Ремус.

— Нет, я не согласен с тем, что она говорит, — резко ответил Джеймс. — Говорит, говорит и говорит, трындит без умолку, вместо того, чтобы сделать хоть что-нибудь! Если бы она была так же хороша в деле, как на трибуне, давно бы встретилась с Этим-Как-Его-Там один на один. Этот упырь только и делает, что бьет нас, а старуха только и делает, что болтает!

Живоглот очередной раз запутался в остролисте, когда пытался залезть в чей-то подарочный чулок. Лили встала, чтобы освободить его и по пути легонько провела рукой по макушке Джеймса. Тот гневно глянул ей вслед, но когда Лили вернулась в кресло, прижимая к груди котенка, Сохатый выглядел уже не таким сердитым.

— А что ещё ей остается, Джеймс? — Ремус принялся перетасовывать колоду карт под возобновившийся шумок гостиной. До радиоэфира он, Алиса и Питер играли в дурака. — Она — политик, а не мракоборец, она делает то, что должна — пытается поддержать людей, пока мракоборцы ищут Сам-Знаешь-Кого. Видимо это не так просто, он ведь не ходит по улицам и не раздает рождественские листовки.

Джеймс открыл было рот, но его перебила Алиса.

— Интересно, они вернутся?

Все поглядели на девушку и увидели, что Вуд скользит грустным взглядом по заполненной людьми гостиной.

— Скорее всего нет, — так же задумчиво ответила она на свой же вопрос и опустила взгляд в карты.

— Я вернусь даже если в этой школе останется всего три совы и Дамблдор, — заявил Джеймс, швыряя снитч в воздух.

— Он бы обрадовался, узнав, как ты его ценишь, — усмехнулся Ремус.

— Ты уезжаешь? — подал голос Питер. — Куда?

— В Ипсвич, конечно! — отозвался Джеймс, посмотрев на него как на идиота и перехватил снитч особенно эффектным броском. — А куда ещё?

— А ты, Лили?

— А Лили едет со мной, — встрял Джеймс, не дав ей и рта раскрыть. Лили только улыбнулась. — Хочу показать ей Ипсвич, — он ловко перекатил снитч на внешнюю сторону ладони, поймав его, едва тот расправил крылышки. — Так-то Лили только одну нашу гостиную и видела, а в нашем городе...

— Я думал ты захочешь повидать родителей на каникулах, — за шесть лет Ремус уже вдоволь наслушался о рождественских ярмарках Ипсвича и о том, как Джеймс сломал там однажды руку, катаясь на диком гиппогрифе.

— И не захочет повидать меня, договаривай, Лунатик.

— Сохатый, побойся Бога, Лили, как и все мы видит твою физиономию каждый день!

— Я люблю эту физиономию, — просто сказала Лили.

— Съел? — Джеймс самодовольно усмехнулся.

— Вообще-то я действительно собиралась навестить родителей на каникулах, — Лили поспешно перехватила Живоглота — криволапый мародер попытался влезть на быльце дивана, туда, где покоилась голова Поттера. Желтые глаза фанатично следили за снитчем. — Но папе пришлось вылететь на какой-то очень важный консилиум в Калифорнию... — встретив непонимающий взгляд друзей, Лили поспешно пояснила: — Это вроде как совет высших целителей. Случай редкий, так что папа взял с собой маму и Туни, чтобы они немного отдохнули от Англии и...

— Войны, — вставил Джеймс.

— Да. Так что Рождество они будут встречать без меня, — Лили немного погрустнела, но тут же улыбнулась. — Но мы все равно увидимся весной, на Па...

Её слова заглушил громкий стук.

Злой как черт, бледный и лохматый, с гитарой за плечом и сумкой, Сириус сбежал по ступеням и, ни на кого не глядя, зашагал к лестнице в спальни мальчиков.

Джеймс приподнялся, проницательно глянул на друга и медленно лег обратно, обменявшись говорящим взглядом с Лили.

— Эй, Бродяга? — осторожно позвал его Ремус. — Как дела?

— Блестяще! — рыкнул Сириус, не замедляя шаг и не оглядываясь. Через пару секунд наверху оглушительно хлопнула дверь.

Все переглянулись.

— Я, пожалуй, тоже пойду, — Алиса отложила карты и потянулась, вытянув руки вдоль по столу, словно маленькая кошечка. — Завтра с утра поезд, надо успеть собрать чемодан. Мы с Фрэнком будем встречать Рождество с его мамой, так что мне надо будет перебрать все свои вещи. В прошлый раз Августа залезла в мою сумку и целый час распекала меня за то, что я ношу кружевное белье.