Гриффиндорцы стояли посрамленные, только Сириус и Джеймс посмеивались, обсуждая налет на гробницу. Похоже, для них это было просто очередной шалостью, и они даже не пытались собирать монеты. Хотя, если бы их энтузиазм был направлен в нужное русло, они бы точно победили.

— Итак... у Слизерина — сто пятьдесят галлеонов, у Когтеврана — сто двадцать пять, Пуффендуй собрал ровно сто, и Гриффиндор, увы, девяносто пять. И наш победитель...

— Погодите-ка, у меня что-то в штанах застряло! — вдруг перебил его Джеймс и под общий удивленный вздох извлек из-под своего маскарада сияющий золотой скипетр Амон Ра.

Повисла тишина.

— Похоже, тот тип, с которого мы стащили его прогнившие портки, был важной шишкой, — сообщил Джеймс Сириусу в наступившей тишине и бросил скипетр поверх жалкой кучки золотых монет.

Сириус в это время прислонялся к стене пирамиды и как обычно делал вид, что все это ему смертельно надоело. В ответ на слова Джеймса он вытащил из кармана настоящую монету, бросил поверх остальных и лениво добавил:

— Мир его праху.

Гриффиндор разразился смехом, криками и улюлюканьем, потом к нему подключились остальные факультеты, и уже после ошарашенный и смеющийся Джекилл объявил победителя и отпустил гриффиндорцев на выходные без домашнего задания.

— Устроим сегодня феерический забег? — спросил Джеймс, когда они спустились на обед. Довольные одноклассники шумно рассаживались рядом. Одноклассницы всем составом отбыли в Крыло на практику. — Ты как, Лунатик?

Ремус слегка напрягся. Вот и оно.

— Боюсь, что сегодня феерический забег состоится... без меня.

Ну вот, сказал.

— Как это? — Джеймс усмехнулся, переглянувшись с Сириусом и Питером, но снова сразу стал серьезным.

— Ну... вы можете развлечься, но... без меня, — Ремус чувствовал себя просто отвратительно. Они рисковали всем, чтобы ему не было одиноко, а теперь он сам же их и отталкивает.

— Ого! — вдруг воскликнул Джеймс, не сводя с Ремуса озадаченного взгляда. — По-моему, нас пытаются кинуть, господа!

Сириус промолчал, изучающе и как-то слишком пристально глядя на Ремуса.

Ремус вдруг вспомнил, что точно так же на него смотрел пес деревенского мясника, когда он проходил слишком близко от витрины с сосисками и вырезкой.

— Парни, да ладно вам! — Ремус оглянулся на преподавательский стол. Она уже была там. Обедала и говорила о чем с Джекиллом. Он снова оглянулся и вдруг разозлился. Он ведь говорил им! Неделю назад! И три дня назад! Я буду с Валери! — зашипел он, хлопнув ладонью по столу. — Она хотела узнать, как действует противоядие! Ну? Вы забыли?

Джеймс и Сириус снова переглянулись. Так даже трудно было сказать, у кого брови взлетели выше. Питер тем временем успел наложить полную тарелку и принялся за еду. Он сегодня весь день был на своей волне. Наверное, опять с матерью поругался.

— А-а, — наконец протянул Джеймс и взъерошил волосы. — Точно. Она хотела провести это полнолуние с тобой.

Он пихнул Сириуса локтем.

Они переглянулись.

— Да, ты... может быть, хочешь обсудить что-нибудь? Мы не так часто говорили о женщинах...

Ремус почувствовал, что его уши наливаются кровью.

— Да, но мы всецело... — закивал Джеймс.

— Может быть, у тебя есть вопросы?

— Да ладно, он знает то заклинание. Ты же лопочешь его каждую ночь. Уже даже Хвост его выучил, правда, Хвост?

— А?.. — Питер поднял голову и, кажется, страшно удивился, обнаружив себя в Большом зале.

— И что с того? — Сириус повернулся на скамье к Джеймсу, кажется, совсем забыв про Ремуса.

— Ничего, заебал уже скрипеть кроватью! — возмущенно прошамкал Джеймс с набитым ртом. — В следующий раз идите в Выручай-комнату!

— Не слушай его, сынок, — Сириус повернулся к Ремусу. — И вообще не бойся, у тебя все получится!

— Да, тебе надо просто расслабиться, это на деле не так страшно, — Джеймс изо всех сил старался быть серьезным, но на последнем слове смех вдруг вырвался из него как воздух из воздушного шарика. Сириус тоже хрюкнул носом и пихнул Джеймса, но в итоге они оба заржали, а Ремус проворчал: «Психи» и взялся за обед. Впрочем, его молчание не мешало им потешаться над ним до конца обеда, а в конце они вдруг сжалились.

— Ладно, не дуйся, Лунатик, — сказал великодушный Сириус. — Мы найдем, чем себя занять.

— Мы можем договориться с Пивзом, чтобы он выманил Филча из подсобки. Как вам? Надо выручать нашу малышку. Я чувствую себя паршивым родителем.

— Согласен. Ты паршивый родитель.

— Или мы можем наконец выяснить...

— О-о, нет, только не опять.

— Бродяга, ну пошевели мозгами, собака в принципе не может быть быстрее оленя...

— Я обогнал тебя. Просто смирись с этим.