– Ваше величество, боюсь, это не подходящее место для вас, - приветствовал ее Маг.

– Сойдет. – Дени жестом приказала Серому Червю опустить ее на койку и удалиться. – Теперь мы в Вестеросе, и нам снова нужно поговорить. Настало время вам дать мне совет, что делать с моими драконами.

Марвин поколебался.

– Вы ведь не собираетесь сказать мне, что я должна бросить их умирать? – спросила Дени, повысив голос.

– Что ж, ваше величество… с чего вы взяли, что они погибнут немедленно? – заметил архимейстер. – Если бы они погибли, вы сразу узнали бы об этом.

Дени невольно попыталась почувствовать присутствие драконов, нашла их и немного успокоилась.

– Значит, вы считаете, что мне не следует ничего предпринимать?

– Я вас предупреждал – все, что я могу сделать, стоит дорого. – Марвин бесстрастно взглянул на нее. – Я и так потратил много сил, чтобы прекратить шторм. Если мне вновь придется сотворить заклятье такой же мощи, это может оказаться гибельным для нас обоих, ваше величество. Больше я ничего не могу вам сказать.

Дени долго сидела молча, обдумывая услышанное. Только она открыла рот, чтобы ответить, - хотя и сама не знала, каков будет ответ, - как занавесь отдернулась и перед ними появился Серый Червь.

– Ваше величество, - тяжело дыша, выпалил он, даже не поклонившись. – Вернулись братья вашего слуги. Они нашли…

– Что? – Дени тревожно оглянулась, проклиная собственную немощь. – Отнеси меня к ним.

Серый Червь поднял ее и вынес наверх, Марвин следовал за ними. На палубе стояли Безупречные, которые поспешно вернулись из разведки. Они несли на руках что-то черное – труп, с содроганием поняла Дени. И не просто труп – это был воин, одетый в цвета Таргариенов. Его грудь пересекала перевязь с украшенным рубинами трехголовым драконом. Шея воина была свернута, в небесно-голубых глазах застыл смертельный ужас. Разве бывает так, чтобы человек в буквальном смысле умер от страха?

– Ваши слуги нашли его на берегу, ваше величество, - сказал капитан Безупречных. – Ваши слуги даже не стали входить в замок. Там есть еще трупы. Все такие же. Им всем свернули шеи.

Дени сглотнула.

– Должно быть, это люди самозванного Эйегона, - объявила она, стараясь говорить как можно более твердо. – Значит, он тоже был здесь. Но что ему было нужно?

– Магия, ваше величество, - сказал Марвин. – Очень старая и могущественная магия. От этого места прямо-таки разит кровью и колдовством – а еще драконами. Что до мертвеца – вышвырните его за борт. Или сожгите, как вам будет угодно. Ни при каких обстоятельствах не оставляйте его на корабле.

– Почему? – Дени с удивлением взглянула на него. – Если кто-то убил людей самозванца…

Марвин стиснул зубы.

– Он оставил здесь гарнизон, а теперь все эти люди мертвы. Вряд ли это произошло случайно. Мы ведь уже видели – страшная темная сила вырвалась на свободу. Здесь что-то пробуждается, ваше величество, и не только статуи.

– Статуи? – Дени с недоумением оглядела многочисленные горгульи и химеры, сидящие на стенах и крышах замка. Каменные чудовища были покрыты инеем, увенчаны коронами и бородами из сосулек, и от этого казались еще более уродливыми. – Что пробуждается? Как такое могло случиться?

– Я не могу ответить на этот вопрос. Но все здесь кажется неправильным. Вы чувствуете это так же, как и я. Столь мощная огненная магия не может не призвать за собой лед.

Иные рождаются во льду с помощью пламени. Все, что Куэйта – нет, Нисса-Нисса – говорила ей в Асшае, сбывается. Если Марвин прав и на Драконьем Камне действительно была принесена огненная жертва, призванная пробудить древнюю и не обязательно дружественную магию, дремлющую глубоко под землей, тогда следует предполагать, что пробудилось не только пламя. А эта буря…

В этот миг Тирион, стоящий у борта, издал тревожный крик.

– Это что за дьявольщина?

Дени, Марвин и Серый Червь резко обернулись, и их удивление сменилось недоумением. На пустынном черном берегу, куда указывал Бес, не было ничего необычного – только растрескавшиеся камни, покрытые инеем. От них поднимался холод, и казалось, воздух вокруг дрожит, словно от жара пустыни. Как будто по разбитым булыжникам грациозно спускается нечто едва видимое в промозглом тумане. Блеск кристалльного стекла, зловещее дуновение ветра, вспышка пламени, голубого, как глаза мертвеца. Резкий порыв ветра принес волну холода, раздался тонкий вой, переходящий в свист. Бесплотная тень ступила на огромный обломок вулканической скалы, и Дени наконец увидела его. Как будто человек, но не человек. На полторы головы выше, бледный, словно кость, элегантный и грациозный, в доспехах, выкованных из звездного света. Иной обнажил клинок, и тот зазвенел странным, неестественным звоном.

Тирион Ланнистер выдавил из себя истерический смешок.

– Снарки, - прошептал он. – Снарки и грамкины.

Время словно остановилось. Дени и Иной молча смотрели друг на друга. В глубоко посаженных глазах нелюдя искрился древний, чудовищный разум. Он не сводил с нее взгляда, словно точно знал, кто она такая. Как будто он долго ждал ее и теперь, когда она пришла, рухнули последние засовы, сдерживающие бушующую ярость битвы. Иной не сделал ни шага, ни жеста, но Дени почувствовала, как сквозь ее душу и тело проходит невидимая волна, словно где-то загремел огромный бронзовый колокол. И вдруг, легко и невесомо, Иной бросился вперед.