Джейме примерился, неустойчиво балансируя на ступеньках. Он глубоко вдохнул, весь подобрался, качнулся из стороны в сторону и прыгнул вперед, словно пьяница, вываливающийся из двери таверны.

На один страшный миг он завис в воздухе, но тут же врезался в благословенно твердый камень. После таких акробатических упражнений его с радостью примет любой вестеросский балаган – спешите видеть, неповторимый Цареубийца, падает на задницу всего за пенни! В очередной раз прокляв свое слишком живое воображение, Джейме, отдуваясь, поднялся на ноги. Ободряюще махнув Томмену, он отпихнул в сторону решетку, пошарил снаружи, уцепился за что-то и вытащил свою тощую задницу наверх, на улицу.

Джейме немного полежал, восстанавливая дыхание, потом перекатился на живот и с трудом встал. День клонился к закату, бледный свет начал тускнеть, на землю падали длинные лиловые тени. Кажется, никто не заметил, что из выгребной ямы вылез один из самых разыскиваемых беглых преступников в королевстве. Все окна и двери были наглухо закрыты. Джейме поднял решетку и положил ее на место, пожалев, что ему нечем ее отметить. Хотя все равно без толку. В Блошином Конце – а это был именно он - улицы никак не называются, так что придется ориентироваться по памяти. Джейме чувствовал, что было крайне неосмотрительно оставить Томмена в подземелье, но он уже не мог вернуться назад.

Джейме выпрямился, пошел вперед и вдруг поймал себя на том, что даже грязный, раненый, голодный, в бегах, он все равно держится как рыцарь или благородный лорд. У него есть меч, однако будет лучше спрятать его под одеждой. По городским улицам шляются скучающие бездельники, которые придерживаются того же обычая, что и брави в Браавосе; любого, у кого есть оружие, можно вызвать на поединок без всякой причины. Обычно Золотые плащи хватают нарушителей порядка, но Джейме уже много недель не видел ни одного мало-мальски годного к службе, трезвого и вообще живого стражника. А сейчас, в отсутствие королевской власти, после того как город едва устоял после атаки Таргариенов, люди предоставлены сами себе и вынуждены сами себя защищать, поэтому здесь действует право сильного.

Сгорбившись и шаркая ногами, Джейме выбрался из лабиринта темных переулков и оказался на улице Сестер. На вершине холма Рейенис возвышались черные зловещие развалины Драконьего Логова. Джейме остановился, пораженный внезапной догадкой. Огромное здание, построенное по велению Таргариенов, сотню лет пустовало – его бронзовые ворота были заперты, мраморный купол обвалился… но во время Великого Весеннего Поветрия туда сбросили мертвые тела и сожгли диким огнем. Тогда ядовитое зеленое пламя осветило всю столицу. Более того, во время восстания Роберта, Россарт заложил по всему городу запасы дикого огня, но больше всего сосудов он поместил в Драконье Логово – Безумный Король считал, что там он сможет превратиться в дракона. Джейме убил их обоих, прежде чем они успели претворить свой план в жизнь, но что если?..

Твою ж мать. Есть еще один выход – вломиться прямо в Гильдию алхимиков. Джейме решил, что, если потребуется, обязательно навестит пиромантов, но лучше начать с Драконьего Логова.

Оставаться на улице Сестер было неразумно, - так Джейме был у всех на виду, - поэтому он, пригнувшись, вернулся в темную паутину переулков. Вдалеке слышался низкий рокот колоколов Великой Септы Бейелора, возвещающий о наступлении ночи. Джейме заметил несколько чумазых лиц, выглядывающих из-за ставен и из подворотен, но никто не попытался окликнуть его или остановить. Он явно не похож на легкую добычу; слишком высокий и держится прямо, а знаменитая золотая рука закрыта черной перчаткой. Иначе какой-нибудь отчаянный оборванец мог бы попытаться…

– Эй, ты! Куда пошел, говнюк?

Джейме застыл на месте. Он уже хотел было стащить с себя капюшон и спросить у наглого ублюдка, знает ли он, с кем разговаривает, но такой поступок привел бы его прямиком к королевскому палачу, – кто бы ни исполнял нынче эту должность, - так что Джейме прикусил язык. Тут он заметил полдюжины вооруженных людей с охотником дома Тарли на плащах, выходящих из ближайшей таверны, – не иначе, они там оказались по долгу службы. Зная лорда Рэндилла, это вполне вероятно; он как раз из тех, кто с жаром поддержал план Станниса Баратеона запретить бордели и обложить налогом продажу выпивки. Седьмое пекло, неужто он здесь? Пока Джейме томился в заключении, он ничего не знал о том, что происходит в мире, но если бы он знал, что лорд Рогова Холма прибыл в город, чтобы поддержать осажденное войско короля…

Слишком поздно. Стражники направлялись прямо к нему, и надежда на то, что они вышли в город просто поразвлечься, тут же испарилась.

– Лорд Рэндилл издал указ, что любой, кто окажется на улице после вечерних колоколов, будет повешен. Ты попал, мудила.

Джейме уже готов был сообщить им о том, куда лорд Рэндилл может засунуть свой указ, но снова сдержался. Его могли узнать по голосу, поэтому он промолчал.

– Ты что, оглох? – Эти раздувшиеся от самодовольства придурки уже почти добрались до него. – Ты нарушил комендантский час, так что пойдешь с нами. Уже давно пора навести здесь порядок, не то… Эй!

Джейме не обратил внимания на эти слова. Он быстро прикинул, какова вероятность того, что его узнают, свою способность сразиться сразу против шестерых, а также степень наказания, которая постигнет его в Красном Замке, учитывая приверженность лорда Рэндилла Тарли к беспощадному правосудию, и сделал вывод, что он в смертельной опасности. Джейме улучил удобный момент и пустился бежать. Он несся по узким переулкам, поворачивая то туда, то сюда, и все сильнее углубляясь в дебри Блошиного Конца. Джейме знал это место не лучше, чем люди Тарли, но, по крайней мере, он выглядел как местный, а стражники – определенно нет, и он надеялся, что это сослужит ему хорошую службу. Он бежал все быстрее. Наверняка его уже потеряли из виду, в этих трущобах невозможно выследить беглеца. Кажется, ему удалось сбежать…