От этой мысли у нее неожиданно прояснилось в голове. Она по-прежнему с радостью перерезала бы горло любому Фрею, попавшемуся к ней в руки, но на это больше нет времени. Нет времени на междоусобную вражду, теперь речь идет о выживании. Единственная надежда – отчаянные меры, которые предпринял Мандерли ради победы. Вот он, конец.

Она все еще проталкивалась сквозь толпу, стараясь добраться до лестницы, ведущей в башню, как раздался треск ломающихся ворот.

В чертог ворвался зловещий холод, превративший факелы в еле тлеющие угли. Все смешалось в сгущающейся тьме, и внезапно Жиенна оказалась на коленях – над ней толпились десятки людей, пиная и наступая на нее. Она отчаянно пыталась ползти, думая лишь о том, что ей нужно вернуться к ребенку, к Роббу, к ее единственному сыну. Наверное, леди Кейтилин думала о том же, тогда, в Близнецах, когда загремели барабаны, завыли волынки, и из ночной мглы пришла смерть. Нет, нельзя думать об этом, нельзя…

Жиенна с трудом поднялась на ноги, сплюнув кровь, сочащуюся из разбитой губы. Чертог погрузился в темноту, но она услышала тонкий, едва различимый вопль и увидела гибкие и изящные, словно лезвия ножа, белые фигуры, плавно и гордо вошедшие сквозь двери. Она увидела горящие голубые глаза, сверкающие клинки из млечного стекла и поняла – сейчас начнется бойня. И все страдания, все лишения закончатся. Если на Севере еще остались живые люди, они погибнут, все живое будет уничтожено и сгинет среди тьмы и теней, среди пепла и льда. Эта ночь никогда не закончится.

И тут Жиенна увидела волков.

«Это Серый Ветер, - была ее первая мысль. – Серый Ветер вернулся из мертвых». Конечно, это не он, такого просто не может быть, но при виде лютоволков Жиенна почти поверила. Два лютоволка, большие, размером с пони. Один серый с горящими золотистыми глазами, так похожий на волка ее мужа, что у Жиенны замерло сердце. А второй – черный как ночь, и его сверкающие зеленые глаза выдавали дикого, лютого зверя. Жиенна отчаянно пыталась вспомнить имена волков, принадлежавших детям лорда Старка; однажды Робб с гордостью рассказал ей историю о волчатах, найденных в летнем снегу. Серый Ветер, убитый вместе с его хозяином. Леди, принадлежавшая сестре Робба, Сансе, - ее жизнь несправедливо оборвалась в гостинице на Королевском тракте по вине мстительной Серсеи Ланнистер. Призрак, красноглазый волк, ушедший вместе с братом Робба – нет, его кузеном - Джоном на Стену; скорее всего, он тоже мертв, как и Джон. Лето, волк Брана, - но леди Жиана Рид сказала, что Бран навсегда исчез среди деревьев. Огромный черный волк, Лохматик, без сомнения, принадлежит Рикону, - значит, мальчик где-то неподалеку. Получается, что второй…

Нимерия? Жиенна не осмеливалась надеяться. Застыв на месте, она наблюдала, как звери обрушились на Иных, вцепляясь челюстями в хрустальные доспехи, разбрызгивая черную кровь, рыча и яростно огрызаясь. Иные тянулись к ним тонкими пальцами, хватали за густую шерсть на горле. Клинки скрежетали по полу, высекая искры. Схватка была жестокой, но два лютоволка вряд ли смогут остановить напор нечисти, к тому же у большой серой волчицы на плече была глубокая полузажившая рана, дымящийся черный шрам. Чтобы попасть сюда, она, должно быть, преодолела множество опасностей, и теперь…

– Старк! – раздался голос. – Старк! Старк и Север! Север! СЕВЕР!

Не успел одинокий зов стихнуть, как тысячи голосов подхватили его и вознесли к небу. Люди в Чертоге Водяного задвигались. Потухшие факелы снова зажглись. Упавшие мечи были подняты. И с рыком, подобным волчьему, казалось, вся Белая Гавань обрушилась своей мощью на Иных.

Дальше все смешалось. Закованных в ледяную броню чудовищ хлестали языки пламени. Волки набрасывались на Иных, кусали, рвали клыками и когтями, валили на пол, а люди втыкали в них пылающие факелы, не давая подняться. Сталь со скрежетом встречала неземные клинки. Люди жили, умирали, просили о пощаде, не давали пощады, охваченные небывалой яростью. Натиск Иных был сломан, люди прорывали их ряды, рубили и кололи, а демоны отступали, подгоняемые огнем, волками и боевыми кличами: «Старк! Старк! Старк! Север! Север! Север!»

Север. Жиенна обнаружила, что улыбается, едва не смеется. Здесь, на краю пропасти, где жизнь и смерть - две грани монеты, подброшенной рукой Неведомого, она свободна. Вот и все. Все кончено, кончено. Перед ее внутренним взором Робб улыбнулся в последний раз, а потом превратился в дым, в звездную пыль и исчез. Теперь она спокойна. И свободна. Свободна. Свободна.

Жиенна прислонилась к стене и соскользнула на пол. Ее охватило глубокое чувство благодарности и облегчения, лишившее ее последних сил. Она наблюдала за битвой как будто откуда-то издалека. Она видела, как изменяется мир, как вопреки всему побеждает надежда - еще на одну ночь. Наконец, когда все стихло, из дыма перед ней, скаля зубы, появился большой черный волк.

– Лохматик? – прошептала Жиенна. – Рикон?

Волк вскинул голову. Жиенна решила, что, должно быть, он собирается вцепиться ей в горло. Может быть, она заслужила это, но будь что будет. У нее уже не было сил бояться смерти.

Волк заскулил, опустил голову и лизнул ей руку.

Жиенна судорожно выдохнула – кажется, она всю ночь провела, затаив дыхание. Медленно, словно старуха, она поднялась на ноги. Тут же подошла серая волчица, и два волка потрусили вверх по лестнице, которая была завалена трупами. Волки оттаскивали их прочь, расчищая путь для Жиенны, и она побежала, все выше и выше. Выглянув в окно, она увидела на востоке едва заметную красную полоску, всего лишь намек на рассвет. Эта война далека от завершения.

Наконец Жиенна добралась до самого верха. Дверь была по-прежнему заперта, и девушка сорвала засов – она сломала бы его голыми руками, если бы понадобилось. Рывком отворив дверь, она вбежала в спальню.

Первым и единственным, кого она увидела, был ее сын. Он спокойно спал в своей колыбельке, как и до ее ухода, целый и невредимый. Похоже, он мирно проспал всю битву. Его защитили северяне. Те люди на ступенях, они не дали мертвецам пройти. В преддверии конца света они отдали свои жизни за Короля Севера и его сына, пусть даже маленького, искалеченного и бесполезного.