Ответ очевиден. Мама видела это существо.

Я вздрагиваю от легкого прикосновения. Поднимаю голову, встретившись взглядом с женщиной, чьё лицо мне кажется знакомым. Она - медсестра или доктор, но это неважно. Главное, что эта женщина пригласила меня войти в палату к матери. До отца я не смогла дозвониться и теперь чувствую себя еще хуже. Мне нужна поддержка. Мне нужен отец.

Захожу в палату, пытаясь игнорировать всплывающие перед глазами картинки. Мать была холодной. Ледяной, словно мертвец.

Женщина проверяет пульс:

– Она потеряла сознание, а сердцебиение сбито. Я предполагаю, что она пережила шоковую ситуацию. Не беспокойся, с ней все будет в порядке, - её голос очень приятный и нежный, да и внешность её очень привлекательная.

Но, почему мне кажется, что мы с ней где-то виделись?

– Спасибо, - благодарю, слабо улыбаясь.

– Тебе чего-нибудь нужно? Я могу принести еще успокоительного, - объясняет, но я отказываюсь:

– Правда, спасибо, но мне стоит вернуться домой. Отец, наверное, переживает.

– Ты не смогла дозвониться до него?
– Женщина вздыхает.
– Мы не можем найти страховую карту твоей матери, а она бы нам очень помогла понять, что с ней. Может, ее что-то напугало?
– Убирает локон волос с лица матери. Я жмусь:

– Простите, мне пора.

Уже темнеет.

– Да, хорошо, - женщина улыбается, выходя.
– Если что, то позвоним тебе.

Киваю. Дверь закрывается, и я оборачиваюсь, подходя к матери, которая ровно дышит. Ее глаза закрыты.

Сейчас.

Сейчас мне действительно страшно.

Человек, которого ты сильно любишь, тот, кто необходим тебе, он может не проснуться. Я уверена, что это сделало Оно. Оно реально.

Но, что теперь делать мне?

Сжимаю веки, хмуря брови.

Мне страшно.

Отец. Он должен быть дома, он поможет мне.

[флешбэк]

Женщина смотрит на отдаляющуюся дочь. Она тяжко вздыхает, но улыбается, ведь, наконец, смогла сделать это. Ей трудно жить с этим грузом, и вот она сможет избавиться от него.

Мать знает, что любит Кэйлин, поэтому быстро направляется к лестнице, чтобы спуститься на кухню.

Кэйлин любит шоколадные кексы, которые готовила бабушка.

Женщина сворачивает, спускаясь.

В конце темного коридора слышен скрип половиц. Оно выглядывает из-за угла, демонстрируя лишь половину своего лица, если, конечно, это можно так назвать. Оно уставилось темными глазами на женщину, что так сияла от радости, переполняющей её.

Мать вертелась на кухне, вспоминая рецепт. Она всегда нервничает, когда должно произойти что-то хорошее.

За последние годы, будучи обманутой многими мужчинами, она вовсе потеряла надежду и веру в противоположный пол. Тогда она почувствовала себя одинокой, брошенной, но это не так. У нее был ребенок, и она четко поняла, что должна сделать.

Она должна вернуть себе свое дитя, что выросло за эти годы и превратилось в прекрасную девушку.

Женщина улыбалась, стоя у плиты, но ледяной холод, что вдруг сковал тело, привел её в ужас. Мать обернулась, уставившись на открытую форточку. Неужели, на улице так холодно?

– Кэйлин оделась не так тепло, может, стоит забрать её после школы?
– Размышляет вслух.

Вода в кастрюле начала выкипать, отчего женщина пришла в некий ступор. Она сделала на маленький огонь. Вытирает мокрые руки о фартук, замерев.

В дверях стояла девушка. Женщина растерялась, но продолжала улыбаться:

– Кэйлин? Опоздала на автобус, да?

Девушка, не моргая, смотрела на мать, отчего у той кожа покрылась мурашками.

– Кэйлин?
– Она теряет свою уверенность, а форточка вновь распахнулась, впуская холодный ветер в кухню.

– Вот же… - Шепнула Саманта подошла к подоконнику, закрывая окошко. Она опирается рукой на раму, поворачивая голову. Ее зрачки замирают, а сердце сжимается от дикой и резкой боли.

Оно стояло прямо за ней. Оно дышало, хрипя и давясь слюной. Саманта начала трястись.

Глубокие глаза. Они поглотили её.

[конец флешбэка]

Я могла бы быть бегуном, ибо та скорость, которую развила, придя домой, - это нечто. Не думала, что способна на подобное. Отец. Его нет, и это не очень хорошо, ибо на улице мрачнеет небо, а ветер усиливается, что говорит о приближающемся дожде.