Замолчав, Локи продолжил поедать то, что эти смертные называли едой - тесто, залитое водой со специями. Тор одним только взглядом дал понять, чтобы Роджерс не продолжал тему, так как брат находился в весьма мрачном настроении и едва держался на ногах от усталости, засыпая над стаканом с лапшой…

…Селвиг не сводил взгляда с мониторов, размеренное пищание кардиографа и спокойное “облако” томограммы свидетельствовали о том, что Фелиция спит, но передышка не могла продолжаться долго. Невзирая на искусственную кому, её внешний вид оставался прежним, организм не истощался, и даже цвет кожи выглядел здоровым - наверное, Хранитель не давал телу угасать, при этом угнетая разум. Как беззащитна она оказалась в плену жестокой и в то же время спасительной фантазии Локи.

– Труману* пудрили мозги тридцать лет, как долго будет верить во всю эту чушь с Асгардом Фелиция?
– Тони, вошедший в лабораторию, поджал губы и присел на стул возле неё.
– Пускай она порядочная стерва, но никто не заслуживает такой участи.

– Это не телешоу, - уловил его мысли Селвиг.
– Локи проделал колоссальную работу, но это не сможет долго продолжаться - он тоже живой, ему нужна пища и сон. Если он сломается, нам конец.

– Весьма обнадёживающе, док, - ухмыльнулся Тони и вдруг обратил внимание на монитор кардиографа, показывающий учащение пульса.
– Что, если она пробудилась?

– Локи сказал, что иллюзия способна действовать и без его присутствия - теперь это автономный мир в её сознании.

– Но также он сказал, что этот мир несовершенен… - Тони с облегчением выдохнул, глядя на то, как прерывистая кардиограмма снова выбрала размеренный темп.

Селвиг взглянул на Локи в другом отсеке лаборатории за звуконепроницаемым стеклом. Он спал сном младенца на койке, доставленной из штабной казармы - истощенный, но не хмурящийся. Когда-то он был монстром, который, используя Эрика как свою марионетку, едва не свёл его с ума, и сейчас он сводил с ума Чёрную Кошку как минимум заработавшую раздвоение личности. Никакое вмешательство в разум не может пройти бесследно для таких хрупких существ, как люди. Что она видела в своих фантастических снах об Асгарде? Была ли она счастлива? Локи старался, он выбивался из сил и делал это не вопреки собственным желаням и не из корысти. Мир, который он когда-то пытался захватить, находился на грани гибели, и он встал на его защиту, как и остальные… Только благодаря ему, возможно, они всё ещё были живы….

За размышлениями доктор Эрик Селвиг не заметил, как шевельнулась рука Фелиции, как подскочила мозговая активность, свидетельствуя о её пробуждении в той реальности.

– Док?
– обратил его внимание Старк, кивнув в сторону “оживившегося” кардиографа; сама Фелиция оставалась неподвижна, словно кукла, и трудно было представить, что в этом теле ещё теплилось её живое сознание.

Селвиг нахмурился, сопоставляя показания.

– Она бодрствует, но всё в порядке, никаких вспышек эмоций.

– Это я вижу, но может, нам стоит разбудить её надзирателя?

– Пока понаблюдаем, Локи нужен отдых, - с пониманием отнёсся Селвиг, однако через каких-то пятнадцать минут он горько пожалел о своём решении и со всех ног бросился в соседнее помещение.

Невзирая на то, кем он был - турсом или же богом, организм забирал своё, и Локи оказалось не так просто разбудить. Только грохот из соседнего отсека заставил его лениво приоткрыть глаза, но тут же подскочить на месте, откинув Селвига, в которого едва не попала молния, в сторону. Без слов и уговоров Локи бросился к Фелиции, готовой к пробуждению… Аппарат, искусственно держащий её в состоянии сна, накрылся от перепадов электричества. На шум сбежались мстители, Стив попытался пройти в лабораторию, но двери оказались заблокированы, он собрался было попросить Тора разбить стекло, однако прочитал по губам Локи, находящегося внутри, просьбу не лезть.

Фелиция, казалось, не замечала того, что творит, она не приходила в сознание, но это не мешало ей бросать молнии в разные стороны. Тони, успевший покинуть лабораторию до всплеска силы, проассоциировал это с фильмом о чудовище Франкинштейна.

– Давай, пусти же меня!
– не став надевать на голову наверняка испорченный прибор для непрерывного контакта, Локи, кривясь от боли, сжал голову Фелиции в тиски и зажмурился, пробиваясь в самый центр созданной им иллюзии…

…Картина, представшая перед ним, была омерзительна настолько, что он почувствовал, как его предает собственный желудок. Хранитель, то чудовище, каким он выглядел в её фантазиях, льнул к спине Фелиции, царапая её кожу бурыми ногтями, а его длинный язык обернулся вокруг её шеи, удушая. Воронка поглотила половину комнаты и, становясь всё больше, подбиралась к двум отделенным друг от друга личностям. Хранитель пытался утянуть жертву в темноту, подавить её волю, и Фелиция, овладеваемая страхом, боялась пошевелиться…

– Глупая девчонка, возьми себя в руки, не позволяй собой манипулировать! Ты сильнее её! Это и есть ты!

Локи, понимая, что от страха она даже не слышит его, бросился навстречу, и с каждым его шагом реальность восстанавливалась, как затягивалась и воронка… Но Хранитель успел проникнуть в иллюзорный мир и, похоже, не собирался его покидать, только зашипел, когда Локи попытался разорвать мёртвую хватку. Вот только магия бесполезна, пока Фелиция не захочет бороться сама. Тогда он встал прямо перед ней, игнорируя мертвый взгляд монстра из-за её плеча.

– Открой глаза, взгляни на меня, Фелиция, - речь Локи звучала спокойно, назидательно - он тщательно скрывал собственную тревогу, чтобы не пугать её ещё больше; она подчинилась, но посмотрела на него отстраненно, словно не видела вовсе.
– Ты можешь справиться с этим, - заключив её дрожащие руки в ладони, добавил он, а Хранитель внезапно зашипел и только крепче прижал её к себе, почти повиснув на её плечах.
– Ты не должна бояться саму себя. Образ Хранителя ты создала сама, и ты в силах управлять им…