Я вдруг осознала, почему мне не составило труда обмануть этих милых созданий. Я умела с ними говорить, понимала их правила, их законы общения. Ложь, прозвучавшая из моих уст, могла… точнее, должна была оказаться правдой. Я должна была выполнять сейчас свое Призвание — преподавать в университете или обслуживать посетителей ресторана. Спокойная, простая жизнь на благо общества.

— Что скажете? — спросила Целительница.

— Выглядит просто здорово. Спасибо.

— Рада была помочь.

Я еще раз посмотрелась в зеркало, замечая подробности, которые портили безупречную на первый взгляд картину. Волосы выглядели ужасно: спутанные, грязные, с секущимися кончиками. Они не блестели — сказывалось самодельное мыло и скудное питание. И хотя Целительница вытерла кровь, и шея, и лицо все еще были перепачканы в красноватой грязи.

— Наверное, пора завязывать с походами. Мне бы не мешало помыться, — прошептала я.

— Увлекаетесь походами?

— С недавних пор. Меня… тянет в пустыню.

— Храбрая. А мне больше нравится город.

— Я не храбрая — просто мы разные.

Знакомые зеленовато-карие глаза отразились в зеркале: темно-серый ободок, кружок темно-зеленого, и еще один, коричневый — вокруг зрачка. А в глубине слабо мерцал серебряный отблеск.

«Джейми?» — Мелани начинала нервничать: слишком уютно я себя здесь чувствовала. Она ясно видела логику другого пути, открывшегося передо мной, логику, которая ее пугала.

«Я знаю, кто я такая», — сказала я ей.

Я моргнула и перевела взгляд на обращенные ко мне дружелюбные лица.

— Спасибо, — еще раз поблагодарила я Целительницу. — Я, пожалуй, пойду.

— Уже поздно. Переночуйте здесь.

— Я не устала, чувствую себя… превосходно.

— Это обезболивающее, — улыбнулась Целительница.

Лазурь проводила меня к выходу, но в дверях вдруг положила руку мне на плечо. Сердце заколотилось. Неужели она заметила, что мой рюкзак, который недавно был пуст, набит битком?

— Берегите себя, дорогая, — сказала она и похлопала меня по руке.

— Честное слово, больше никаких походов в темноте! — Улыбнувшись, она вернулась за стойку.

Стараясь идти ровным шагом, я пересекла парковку. Хотелось бежать. А вдруг Целитель заглянет в шкафчики и заметит пропажу?

Машина стояла на том же месте, в темном закутке, куда не доставал свет фонарей. В ней никого не было. Дыхание сбилось… Ну конечно, она и должна выглядеть пустой! Так и было задумано. Но я не успокоилась, пока не увидела смутные очертания человеческой фигуры под пледом на заднем сиденье.

Я бросила рюкзак на пассажирское сиденье — внутри обнадеживающе загремело, — забралась внутрь и захлопнула дверцу. Нажимать кнопки блокировки не имело смысла…

— Все в порядке? — хрипло прошептал Джаред, едва дверь захлопнулась.

— Т-с-с! — сказала я, стараясь не шевелить губами. — Подожди.

Я проехала мимо освещенного входа, Лазурь помахала мне рукой, я помахала в ответ.

— Нашла новых друзей?

На темной дороге, вдали от посторонних глаз, я сползла по сиденью. Руки затряслись. Теперь, когда все осталось позади, я позволила себе расслабиться.

— Все Души — друзья, — ровно сказала я.

— Все в порядке? — повторил он.

— Меня вылечили.

— Дай взглянуть.

Я протянула ему левую руку с еле заметной полоской шрама. Джаред удивленно ахнул, скинул с себя плед и пролез вперед, на пассажирское сиденье. Рюкзак он переложил к себе на колени.

— Твое лицо! — воскликнул он, заметив мою щеку в свете фонаря.

— И лицо вылечили. Естественно.

Рука Джареда нерешительно остановилась в воздухе.

— Больно?

— Нет, конечно. Все как рукой сняло.

Джаред осторожно прикоснулся к моей новой коже. По щеке побежали иголочки, но это была лишь реакция на его прикосновение.

— Они что-то заподозрили? Не вызовут Ищеек? — настороженно осведомился он.

— Нет. Я же сказала, они мне поверят. Они даже глаза не проверили. Я была ранена, и мне оказали помощь.

— Что удалось достать? — спросил он, развязывая рюкзак.

— Лекарства для Джейми… если успеем… — Я машинально взглянула на часы на приборной доске, хотя горящие на них цифры не имели значения. — И на потом хватит. Я взяла только самые простые лекарства.