— На дороге свернешь направо, — велел он.

Я слишком долго не водила машину с автоматической коробкой передач и боялась, что отвыкла. Осторожно тронувшись, я удовлетворенно отметила, что не разучилась, и выехала на пустое шоссе. Заколотилось сердце — реакция на открытое пространство.

— Фары, — донесся голос Джареда с заднего сиденья.

Я щелкнула переключателем. Фары казались ужасно яркими.

Мы подъехали совсем близко к Тусону. В ночном небе разливалось желтоватое свечение: городские огни.

— Прибавь скорость.

— Там знак висел, — не согласилась я.

— Души не лихачат? — поинтересовался он.

— Мы послушно выполняем все законы, — нервно хихикнула я. — В том числе и дорожные правила.

Легкое свечение превратилось в яркие точки. Зеленые знаки информировали о возможных вариантах пути.

— Сверни на Ина-роуд.

Я послушалась. Джаред говорил тихо, хотя в закрытом автомобиле можно было даже кричать.

Незнакомый город пугал: дома, окна квартир, витрины, понимание, что я окружена, что их слишком много. А каково приходится Джареду? Его голос был на удивление спокойным. Правда, в отличие от меня Джаред проделывал безумную вылазку далеко не первый раз.

На дороге появились машины. Свет встречных фар упал на ветровое стекло, и я съежилась от страха.

«Держись, Анни. Будь сильной — ради Джейми. Иначе все напрасно».

«Я смогу. Я справлюсь».

Я сосредоточилась на мыслях о Джейми, и руки увереннее обхватили руль. Джаред направлял меня по спящим улицам. Лечебница оказалась крохотной — наверное, когда-то здесь располагалась не больница, а частная медицинская практика. В вестибюле за стеклянными дверями и в большей части окон горел свет. За стойкой регистратуры стояла женщина. Свет фар не привлек ее внимания.

Я выбрала самый темный угол на парковке, продела руки в лямки поношенного рюкзака — ничего, сойдет. Осталось последнее.

— Дай мне нож.

— Анни… Я понимаю, ты любишь Джейми, но нож-то тебе зачем? Драться ты не умеешь.

— Джаред, это не для них. Мне нужна рана.

— Хватит, у тебя уже есть рана, — вздохнул Джаред.

— Мне нужна рана, как у Джейми. Я слишком мало знаю о методах Исцеления, поэтому должна сама все увидеть. Я бы уже давно это сделала, но боялась, что не смогу вести.

— Нет!

— Давай, быстрее, пока никто не заметил, что я мешкаю. — Джаред быстро обдумал ситуацию. Он был лучшим, потому что умел принимать быстрые и правильные решения. До меня донесся звон стали: Джаред вытаскивал нож из чехла.

— Осторожно. Не слишком глубоко.

— Может, сам сделаешь? — Он резко вдохнул:

— Нет.

— Ладно.

Мне в руку лег мерзкий нож с остро заточенным лезвием и тяжелой рукоятью. Я старалась прогнать из головы лишние мысли, не хотела давать себе шанс струсить. «Порежу руку, а не ногу», — решила я, потому что прятать исцарапанные коленки тоже не улыбалось. Я вытянула левую руку, ухватилась за ручку дверцы и выгнулась: если будет слишком больно, вопьюсь зубами в подголовник. Пусть и неуклюже, но крепко я сжала рукоять ножа правой рукой, вдавила острие в кожу предплечья и зажмурилась.

Джаред тяжело дышал. Нужно было торопиться, пока он меня не остановил.

«Представь, что это лопата, а кожа на руке — земля», — сказала я себе и вонзила нож в предплечье.

Вопль вышел слишком громким, несмотря на подголовник. Ладонь разжалась от отвращения, нож выпал из руки и лязгнул о пол.

— Анни! — воскликнул Джаред.

Я ответила не сразу, пытаясь удержать подступающий крик. Хорошо, что я не поранила себя перед тем, как сесть за руль.

— Дай взгляну.

— Оставайся здесь и не шевелись, — выдохнула я. Несмотря на мое предупреждение, сзади зашуршал плед. Я вытянула левую руку вдоль тела, распахнула дверь правой и вывалилась из машины, ощутив прикосновение Джареда к спине — он пытался меня утешить.

— Скоро буду, — выдавила я и ногой захлопнула дверцу.

Я побрела через парковку, борясь с паникой и тошнотой, которые уравновешивали друг друга, не давая чему-то одному взять верх. Боль казалась терпимой — или, скорее, ощущения притупились. Я была на грани шока: слишком много боли для одного тела. Теплая жидкость струилась по ладони, капала на асфальт. Интересно, смогу ли я пошевелить пальцами? Пробовать было страшно.

Распахнулись автоматические двери. Женщина в регистратуре — средних лет, с темной шоколадной кожей и несколькими серебряными прядками в черных волосах — вскочила на ноги.

— Какой ужас! — Она схватила микрофон, и следующие слова зазвучали с потолка, многократно усиленные. — Целитель Вязь, срочно подойдите в регистратуру! Серьезная травма!

— Нет-нет… — Я старалась говорить спокойно, хотя еле держалась на ногах. — Ничего страшного, просто несчастный случай.

Женщина отложила микрофон, бросилась ко мне, поддержала меня за талию.

— Ох, милочка, что случилось?

— Глупая ситуация, — пробормотала я. — Я отправилась в поход. Мыла посуду после ужина, поскользнулась на мокрых камнях… А в руке нож…